Выражение на лице брата не укрылось от Афины. В отличии от Гермеса, смерть кузнеца ее не трогала. Радовала даже. Как-никак она сама вонзила копье в сердце старика и отрезала голову, с мрачным удовольствием наблюдая, как последние капельки жизни покидают уродливого бога. Гефест не раз требовал ее в жены, трижды пытался взять силой… В глазах Афины мужчина получил по заслугам. Впрочем, его судьба не изменилась бы даже, будь он невиновен. План важнее и не предусматривал исключений.

— Готов?

— Да, — кивнул Одиссей и, забрав голову, поднял ее в воздух. — Можно начинать.

— Приступай.

Гермес с интересом смотрел, как Символ на голове директора поплыл, меняя цвет и форму. Ярко желтый Аполлона, зеленый Артемиды, теперь он превратился в стальной венок Гефеста. Вестник восхищенно присвистнул. Человек, забравший силы сразу трех богов… Редкое зрелище.

В это время коридор перед аркой наливался светом. В руках Одиссея отрубленная голова словно бы вернулась к жизни. Челюсть дергалась вниз, нос судорожно пытался вдохнуть воздух, а глаза… Глаза светились потусторонним огнем, словно два фонарика ночью. И там, куда указывал их свет, скрытые механизмы арки приходили в движение.

— Видно что-нибудь? — непривыкший к безделью Гермес заглянул сестре через плечо.

— Помолчи, — бросила Афина, с меланхоличным видом касаясь то одного призрачного шарнира, то другого. Так продолжалось минуту. Две. Три. Десять. Гермес уже начал переживать, что что-то не так, но тут с противным щелчком механизм повернулся последний раз и застыл. Странное жужжание машины стихло, и врата Дедала медленно отворились.

Путь вперед был свободен.

— За мной, — коротко приказала Афина, первой ступая вперед… и внезапно замерла, словно врезавшись в стену.

Одиссей нетерпеливо цокнул языком.

— Что?

— Не могу пройти, — Афина раздраженно нахмурилась, быстро прикидывая в голове причины. Решение нашлось быстро. Она вздохнула. — Похоже, Аид расширил защиту.

Гермес тихо выругался. Это в их планы не входило.

— Уходим?

— Нет. Другого шанса может не представиться. — Одиссей подошел к богине и осторожно постучал по невидимой стене костяшками пальцев, словно пробуя ее на прочность.

— Руны крови?

Афина кивнула.

— Да. Только потомок Аида способен пройти через эти врата.

— Потомок Аида говоришь? — Одиссей косо взглянул на закутанную в серый плащ фигуру, которая до этого держалась в отдалении. — Тогда в чем проблема? Дай мальчику немного свободы. Выбора у нас все равно нет.

Афина закусила губу и, поломов голову пару секунд, нехотя согласилась. Ее избранный прав. Выбора у них и правда не оставалось. Эх, если бы поддельный Адриан согласился на сделку… Как все было бы проще. Увы, Одиссей доложил, что Персефона вмешалась первой и спасла принцессу сама.