— Не ожидала? — протирая глаза, интересуется Голденштерн. Как он здесь оказался? Он меня преследует.

— Господи, что ты так долго делал под водой? Я тут около пяти минут стою.

— Тренировал дыхание. Четыре минуты. Мой личный рекорд, — хвастается Леон, крест на крест складывая руки на бортике бассейна. Его внушительные бицепсы покрыты аккуратными капельками воды, а очертания всех, даже самых маленьких мышц, прорисованных голубым светом, безбожно манят к ним прикоснуться.

— Ладно, не буду тебе мешать, — прикрываю грудь локтями, глядя на него сверху вниз. Уже собираюсь развернуться и оставить Леона, но вдруг, чувствую его ладонь на своей лодыжке, захватывающую в кандалы.

— Останься, — его шепот эхом отлетает от стен. Я не отрываю взгляда от Леона, невольно залюбовавшись цветом его глаз, что при таком освещении приобрели глубокий оттенок индиго.

Интересно, если родить от него ребенка, у малыша будет такой же потрясающий цвет глаз?

И почему эта мысль пришла мне в голову?

Она меня пугает.

Дети от своего мучителя, что держит меня взаперти — попахивает стокгольмским синдромом.

— Предлагаешь искупаться с тобой?

— Почему бы и нет? — вскидывая бровь, провоцирует меня Леон.

— Ты повел себя со мной не красиво. Позвал на ужин, и снова устроил допрос с пристрастием. Не удивлюсь, если эта пещера и мерцающая вода — очередной твой эксперимент над моим бедным сознанием, — ворчу я, переминаясь с ноги на ногу.

— Можешь утопить меня, детка. В воде это сделать очень удобно, — заговорщицким тоном соблазняет Леон.

У меня все тело мурашит от предвкушения его близости. Черт, он такой мокрый, такой сильный, такой голый. Все внутри меня жаждет его ласки и прикосновений. Ноги сами ведут вперед, и вот я ныряю в бассейн и как только всплываю на поверхность, оказываюсь в жестком захвате мужа.

Приятная вода нежно окутывает наши переплетенные тела.

Она теплая, приятная, обволакивающая. Как и эмоции, до краев переполняющие меня, когда мы соприкасаемся обнаженными телами. Словно две вселенные соединяются и происходит взрыв, но в замедленной съемке.

Я тону в его глазах, смотрю на губы. Пухлые для мужчины, обрамленные щетиной. Нежно касаюсь, едва-едва, пока мы перемещаемся в ту зону бассейна, где есть пологая поверхность, расположенная под водой.

Мягко давлю на плечи Леона, сжимаю их, ощущая массивные бугры крепких мышц. Офигеть можно. Хочу впиваться в них ноготками и дышать им, пока легкие не наполнятся запахом Леона. Аромат его тела, для меня как никотин — хочу вдыхать его, пусть отравляет изнутри.

— Моя нежная девочка, — усмехается Леон, прикрывая глаза от моих робких поцелуев. Я и не заметила, что начала первая изучать его лицо губами. — Хочу тебя медленно, — таю от его признания, произнесенного с горловым рыком. Его язык в глубине моего рта, руки на теле, с силой сжимают ягодицы. Обвиваю его ногами, ощущая, как пальцы Леона сдвигают в сторону трусики, находя клитор. — Какие гладкие складочки, — хвалит он, проникая в меня пальцем. Ощущения под водой странные, но приятные, новые. — Ты всегда готова для меня, Алатея.