— Для тебя все что угодно, любимая, — прячу за усмешкой разверзнувшийся в груди десятибалльный шторм. Меня ломает, крошит на куски. Мысли огненными стрелами мечутся в голове. Недавно сказанные Алатеей слова прожигают дыру в моем черном сердце.
«На мои истинные чувства и желания ты больше не имеешь влияния. Мне отвратительна роль резиновой куклы для удовлетворения твоей похоти».
Но именно это я и собираюсь с ней сделать. Лишить воли, превратить в послушную куклу, преданно заглядывающую мне в глаза. Не способную ни предать меня, ни убить себя, ни заикнуться о свободе. Концентрация разведённого в воде меадона приведет к необратимым последствиям, полностью изменит ее мышление и сотрет защитные установки психики. Любую информацию, что я внушу ей в первые часы после попадания препарата в кровеносную систему, она примет за истину в первой инстанции и руководство к действию.
— Ну надо же, мой муж расщедрился на глоток воды, — иронично хмыкает Тея, не подозревая, что проживает последние минуты осознанной жизни. Протягивая руку, Тея обхватывает стакан.
— У меня есть для тебя информация, касающаяся твоей матери, — голос предательски сипит, в висках стоит гул от бешенного тока крови. — Точнее, обоих родителей. На днях мне пришел отчет. Тебе стоит с ним ознакомиться, — торопливо добавляю я, немного приврав относительно срока получения.
— Правда? Это не очередная твоя уловка? — в ее глазах ясными лучиками вспыхивает надежда. Оставив стакан в покое, она подается вперед и взволнованно хватается за край стола.
— Правда, детка, — выдохнув, деревянными пальцами открываю файл, активируя между нами голограммный экран с содержимым отчета.
Глава 18 Алатея
Я перехожу на сторону Леона, и бросив на него изучающий взгляд, встаю рядом. Несмотря на то, что в такие моменты он всегда надевает на себя маску игрока в покер, мне необходимо убедиться в том, что то, что я сейчас увижу — не очередной спектакль, призванный запутать меня.
Информация о моей семье — мое самое слабое место. Но судя по взгляду Леона, в данный момент, юлить и привирать он не намерен. За это время я уже успела немного изучить своего мужа, и тонко чувствовать его, разделяя его действия на ложные манипуляции и фактические действия.
Он инстинктивно берет меня за руку, и я не сопротивляюсь этому, приготовившись к просмотру. Даже обхватываю его предплечье ладонью, чтобы устоять на ногах, потому что даже по его дыханию мне совершенно ясно, что информация, которую он предоставит, должна произвести на меня неизгладимый эффект.
— Итак, Анна и Адам Граф, — начинает Леон, выводя на экран несколько фотографий моих родителей свободной рукой. — Давай начнем с основы: с их фотографии. Видишь сходство? Хоть с кем-то из родителей? Мама не показывала тебе фотографии отца?