— А теперь — ждем, — пробормотала Ри, сложив на груди руки и барабаня пальцами по плечам.
Через несколько минут мы заметили, как с другой стороны к нам спешат Боди и Квинн, а за ними — Марен, явно со сна: на лице еще виднелись отпечатки от подушки.
— Ты готова? — тихо спросил меня Боди. — Ты правда на это готова?
— Я не передумаю, — заверила я его, подняв подбородок. — Чего бы это ни стоило.
Он кивнул и окинул нашу компанию пристальным взглядом:
— Все знают свои задачи?
— Я — нет, — прошептала Марен, глядя на нас так, будто мы все свихнулись. — Это какой-то ритуал посвящения?
— Тебе лучше не знать, пока ты нам не понадобишься. — Я достала из кармана флакон концентрированной пурпурной тинктуры корня валерианы. — Тебе лучше довериться нам ради твоей же безопасности… и чтобы потом легче было все отрицать. А пока оставайся здесь с Имоджен.
Марен обвела нас всех таким взглядом, словно принимала решение, убежать или нет, потом кивнула.
— Тогда идем. — Боди показал на лазарет, и я пошла первой.
Боги, как я надеялась, что мы учли все! Если хоть одна мелочь пойдет не так, нам хана.
Мы впятером приблизились к дверям, я легонько постучала четыре раза. «Пожалуйста, будь на месте».
— Напомни, откуда ты его знаешь? — прошептал Боди.
— Я спасла ему жизнь в прошлом году, — ответила я, а потом задержала дыхание, увидев, что правая дверь бесшумно открывается.
Наружу высунулся Дайер, улыбнулся, и от его глаз разбежались морщинки.
— Я сделал все, как ты просила. Заходите. — Он придержал дверь, и мы как можно тише проскользнули внутрь.
— Спасибо, что взял дополнительную смену, чтобы нам помочь. — Я передала ему флакон. — Вот еще доза на всякий случай. Остальные целители должны спать до тех пор, пока мы его не вернем.
— Все понял. — Дайер взял флакон. — Но ты же знаешь, что я ничего не смогу поделать, если придет кто-нибудь из палаты тяжелых ранений.
— Нам придется рискнуть.
Мы оставили его у двери и безмолвно прошли к палате Сойера; пока мы проходили мимо спящих раненых, магический свет отбрасывал на них наши бесчисленные тени.
Сойер в черной рубашке сидел на койке в ожидании, но не сказал ни слова, когда мы все набились в его ярко освещенную палату, только поднял брови и отложил ручку с пергаментом на тумбочку.
Боди задернул занавеску и выбросил голубую энергию, накрывшую нас мерцающим куполом.
— Звуковой щит работает. Готов к прогулке по кампусу? — спросил он Сойера.
— Уже гулял сегодня, для тренировки. Но могу еще разок, если причина уважительная. — Сойер кивнул. — Вот почему Дайер просил меня не ложиться?