— И те, кто даёт свои буквы, должны выполнить свою клятву?

— Не то чтобы клятву, но они окажут адресные услуги. И отказ был бы основанием для исключения с этого рынка, — ответил Ворчун. — Я тот, кто разрешает споры. Называется это Рынок Букв, или Рынок Чешуи. И я никогда не видел, чтобы дракон отказывался от своей клятвы. Сделать это — значит нарушить закон Старшего и навлечь на клятвопреступника позор, не говоря уже об ужасе.

Я потёр подбородок, обдумывая эту идею. Рынок услуг с могущественными драконами, которые могли бы мне помочь? В голове тут же защёлкал калькулятор. Я мгновенно прикинул, как можно использовать этот ресурс в разборках с Торговцами. Правление содрогнётся от ужаса при виде дракона, топающего по Истоку и требующего, чтобы все торговые пути были свободны. Теоретически я мог бы с лёгкостью выиграть любую осаду, а оборонительная кампания была бы простой, если бы у меня был доступ к драконьей магии, заставляющей мир содрогаться.

— У тебя такой вид, будто ты смотришь на свежепожаренный шашлык, — сказал дракон с усмешкой. — Тебе интересно, но ты колеблешься по какой-то причине?

— Я здесь новичок, — быстро ответил я. — И соглашаться на что-то, не разобравшись, было бы опасным решением.

— Здесь нет скрытых условий, мелкого шрифта, никаких секретов, — сказал Ворчун. — Мы используем слова, потому что это единственные узы, которые имеют значение. Бумага горит, рукопожатия забываются, но, когда дракон даёт клятву, он должен не только следовать слову, но и духу сказанного. Если ты недоволен, просто откажись называть своё имя кому-либо и иди своей дорогой.

— Значит, ничего подписывать не надо? — сказал я. Это было немного освежающе. — Ничего, что меня связывает?

— Ничего, кроме твоей чести и твоего слова, — сказал Ворчун. — Ты не знаешь полного имени Старшего Дракона, поэтому мы не будем относиться к тебе как к гражданину. Нарушение твоего слова принесёт не позор, но может повлечь нападение на твои земли. Драконы так вымещают гнев. Это единственное предупреждение, которое я тебе дам.

Решение поучаствовать в Рынке Букв, или Рынке Чешуи, не казалось мне особо сложным, но сам процесс оказался куда более торжественным и пугающим, чем я ожидал.

Получив заверения Ворчуна, что я ничем не рискую и каждый обмен будет взаимным и добровольным, я согласился. Но когда гигантский дракон начал объяснять детали ритуала, у меня в животе что-то неприятно ёкнуло.

— Рынок Чешуи — это не просто торговая площадка, — произнёс Ворчун, и его голос приобрёл почти священную интонацию. — Это древний институт доверия, основанный ещё во времена Первого Взлёта. От каждого участника ожидается, что он предоставит собственную чешуйку как символ принятия установленных правил и законов.