Штурм продолжался, корабли, облепленные ремонтными дронами, как могли восстанавливались, матка-станция периодически стреляла по «Мухе», чтобы плазма ее зарядов расплывалась по щиту модуля Боба. А остальные кочевники снова отходили от нас подальше, причем три материнских корабля так и остались болтаться на приличном отдалении от нашей станции, куда лучевые орудия хоть и добивают, но вот повреждений уже толком не наносят, поэтому палить на такие расстояния — это просто топливо зря жечь, его-то на залп надо столько же, сколько и всегда. Ну и ресурс тратится, он хоть и большой, но всё равно палить в пустоту, его сжигая, жалко. «Скиф» и «Гунн», наш третий тяжелый крейсер, бывший корпоратский, выдвинулись из-под щита и в рое «Шмелей» средним ходом пошли их доивать по одной. Геноцид не геноцид, а добить противника надо, иначе они тут подремонтируются и потом снова на нас же и насядут. Допустить такого решительно нельзя, поэтому мыслям о гуманизме будем предаваться в мирное время, а пока надо доделать грязную, но нужную работу.

Первую матку, что была, по оценке, повреждена меньше всех, добили довольно быстро, а потом сопровождали буксиры, транспортирующие еще взрывающийся кое-где остов к «Мухе» на переработку. Конечно, это будет не сразу, но пусть пока там прогорит и взорвется всё, что может, пока эта груда металла и пластика будет болтаться недалеко от нашей станции под прицелом орудий. Ее все равно в переработку пускать, так что, считай, всё переплавят и уже потом в виде брони или еще каких изделий в дело пустят. То же самое ждет и вторую, и третью — дать ресурсам зря пропадать я не намерен. А штурмовать их после таких потерь со станцией, которая еще и не взята, я даже не особо и собираюсь, всё сопротивление будем гасить залпами корабельных орудий.

* * *

Передача пришла с Пируса и адресована была персонально мне, причем закодирована была личным мнемокодом Пилли, так что понятно, что как минимум на ее знакомцев отправители вышли, проявив крайне серьезный подход и настрой.

— Охренеть… Да, так у вас полагается говорить в таких случаях? — блондинка вопросительно на меня глянула, но это все равно не исключало того, что она была удивлена на грани шока, просто как нормальная корпоратша привыкла держать лицо. В отличии от меня, который чуть ли не рот раскрыл от проявленной щедрости. А там, где щедрость, там непременно непомерный, просто огромный ничем не прикрытый риск. Это я понимал, поэтому пасть захлопнул, пока Лиина не сунула туда свой пальчик. Она вот сидит в соседнем кресле и тоже изучает список, и по мере прочтения глаза у нее тоже становятся все круглее и круглее. Чуть дальше чешет седой затылок Тер Тогот… А Анну мы от греха подальше на это совещание не позвали, потому что даже Парм малек ошалел и сейчас расхаживает где-то за мной из стороны в сторону и думает, как объять необъятное.