Поэтому флот обслуживается преимущественно собственными силами и по моему разумению, потому как Тогот занят станцией, как и большая часть инженерной команды. И, конечно же, я не мог не думать о Пирусе, вернее, о его модульных орбитальных заводах, которые вполне могли стать моими. Единственный момент меня только смущал: моими-то они станут, но с огромной долей вероятности посмертно. Ну да, не в первый и даже не во второй раз… Но как-то в этот раз стремно даже и без задора как-то. Опять же, жена, ребенок, вторая жена, любовница в конце концов. Не знаю даже, но, видимо, эти якоря меня от откровенного безрассудства удерживают. Поэтому, скорее всего, обойдутся пирусские корпораты без меня — захвачу производства где-нибудь в другом месте. Потом как-нибудь…

Собственно, за щитами мы в таком вот подвешенном состоянии успели просидеть порядка двадцати дней, когда в системе началось очередное движение. И я от всей души, в кои-то веки, порадовался за корпоратов. Потому как, видимо, ситуация на Бире складывалась как минимум патовая, а скорее даже совсем не в пользу кочевой орды. Вывод напрашивался сам собой, исходя из того, что все потрепанные корабли кланов, что огромные, что просто большие, что малые, все дружно собрались и поковыляли к точке перехода, что вела конкретно по направлению к Бире… Получается, мы тут барахтаемся, превозмогаем, понимаете ли, сейчас вот сидим чинимся лихорадочно и к очередной пакости попутно готовимся, а судьба всего сектора в это время решается где-то там далеко на орбитах аграрной планеты. Даже немного обидно было бы, если бы не вот эта возобновившаяся миграция и снятие осады с «Мухи». Тут ведь если всё в комплексе рассматривать и учитывать сообщение с Пируса, то всё, что на Бире происходит сейчас, — это совсем не основной удар кочевой орды, а значит, у сводных сил корпоратов есть все шансы отбиться и откусаться. И это же означает, что если я там со своей эскадрой не появлюсь до момента окончания всех этих разборок, то окончательно своим мне тут точно не быть. И плевать, что формально мы торчим в осаде, которая, впрочем, вот прямо сейчас рассасывается, как сахар в чае, — равным может быть только тот, кто либо сражался в одном строю, либо отвешал по полной всем вне его. До того, чтобы отвешать всем, нам еще очень далеко, поэтому хочется или нет, но придется в аврале закончить с действительно серьезными повреждениями, а дальше свернуть текущий ремонт и стартовать воевать уже туда. Ибо политическая необходимость, будь она неладна. Эх, женушка-жена, на кого ты меня оставила, барахтаться одного в этих мутных политических водах… Как бы здорово было, если бы ты была рядом и мы вместе причиняли добро и несли счастье всем окружающим нас несогласным! А если бы еще и с дополнительной пятеркой сполотских щитов почти десятого поколения, то вообще, наверное, счастье было бы.