- Ясемин! – гремит на нее отец, а она разворачивается и выбегает из кухни, стук ее каблуков стихает. Слышу, как открывается и с грохотом захлопывается входная дверь.
Наступает тишина. Тяжелая, гнетущая тишина.
Я стою посреди кухни, глядя на пустой дверной проем. Внутри все онемело от неприятного липкого ощущения и опустошения.
Чувствую на себе взгляд Карима. Он молчит, но я ощущаю его напряжение. Он недоволен. Еще бы. Дочь узнала, кто на самом деле ее обожаемый папочка. Или, может быть, ему просто все равно? Просто расстроен тем, что нам помешали? Интересно, ему хоть немного стыдно?
В этот момент я понимаю, что моя дружба с Ясей закончена, а я теперь в ее глазах охотница за деньгами ее семьи. Дрянь, с которой ее отец изменяет ее матери.
И виной всему он. Карим. И я, глупая, которая не сумела ему противостоять. Просто не смогла. И тем самым предала дружбу.
Глава 43
Я поворачиваюсь к нему. В моих глазах слезы и я больше их не сдерживаю. Пусть наслаждается моей слабостью. Ему же это нравится. Причинять боль тем, кто его любит. Уверена, я не первая.
- Доволен? – мой голос звучит сипло, отчаяние переполняет меня до краев. – Это то, чего ты хотел? Разрушить всё? Мою дружбу, мою жизнь?
Он подходит ближе. Его лицо каменное, непроницаемое.
- Успокойся. Нечего было разрушать. Не плачь. Мы поговорим.
- О чем нам говорить?! – я отшатываюсь от него, потому что все еще ощущаю его запах. Запах, который притягивает меня, несмотря ни на что. – Все уже сказано! Все уже сделано! Моя единственная подруга теперь ненавидит меня! Из-за тебя!
- Ясемин справится, - его голос спокоен, без единой эмоции. - Она взрослая.
- Справится?! Она твоя дочь! А мне она была сестренкой! Единственной, кто у меня был, кто мне сочувствовал, кто поддерживал! – я чувствую, как гнев поднимается из глубин, сметая остатки страха и отчаяния. – Ты думаешь только о себе! О своей проклятой власти, о своих желаниях! Ты не человек, Карим! Ты жестокий, лживый подонок! - я не узнаю свой голос. Он звучит резко, надтреснуто, пропитанный горечью.
Я хочу ударить его, хочу сделать больно. Так, как он сделал больно мне и Ясемин. Я даже поднимаю руку, замахиваюсь, но ударить сил не хватает.
Карим молча смотрит на меня. Его взгляд ледяной и опасный. Пламя, которое я видела в его глазах раньше, теперь разгорается с новой силой.
- Достаточно, Юля, - произносит он. Тон ледяной, голос звучит как-то чуждо. Он делает шаг ко мне, и я инстинктивно отступаю.
- Не подходи ко мне! – я поднимаю руки, пытаясь отгородиться от него, словно отталкивая невидимую стену.