— Они хитрые. Никогда не ослабляй бдительность.

— А что такое бди-тель-ность?

— Неважно. Просто иди за мной.

Нам нужно поработать над тактикой ведения войны, но мы к этому придем. Он идет за мной по дому, пока я ищу девочек, и как раз когда я прохожу мимо гостиной, слышу хихиканье. Слабое, но это точно Ари.

Я указываю на гостиную, и Эван кивает, поднимая автомат выше. Он размером почти с него самого, и я чуть не умираю от смеха, но мне удается сохранить серьезное лицо, пока мы штурмуем гостиную. Я замечаю пластиковые каблуки Ари, торчащие из-за игрового домика, поэтому забираюсь на него как можно тише и кричу:

— Бу!

Они визжат так громко, что готовы лопнуть стекла в окнах, и выползают из-за дивана. Как только показывается голова Ари, Эван спускает курок, попадая ей прямо в середину лба.

Оу, черт.

Лицо Ари кривится, и она начинает реветь. Бедный Эван выглядит так, будто сейчас заплачет вместе с ней. Его панический взгляд бросается на меня, и я качаю головой.

— Всё хорошо, не переживай.

Я подхватываю её на руки и крепко прижимаю к себе в тех самых объятиях, которые умеет делать только дядя Рид, и вскоре её слезы высыхают, а на лице появляется улыбка.

— Скучала по тебе, дядя Рид.

— Скучал по тебе еще сильнее, моя красавица. Я привел друга, чтобы вы поиграли, пока я помогаю папе и Джульетт. Это Эван.

Эван смотрит на нее с маленькой, робкой улыбкой.

Я опускаю Ари рядом с ним, и Кеннеди тут же подпрыгивает к Эвану и без лишних слов заключает его в удушающие объятия.

К нему снова возвращается панический взгляд, и на этот раз я просто пожимаю плечами.

— Это девчонки, приятель. Девчонки.

Ари смотрит на потрепанного осьминога в его руках и спрашивает:

— Это твоя любимая игрушка?

Эван кивает.

— Его зовут Пиклз.

— Мою любимую игрушку зовут Принцесса Искорка. Хочешь поиграть в нашей комнате?

Он смотрит на меня, я киваю и выпроваживаю их за дверь. Ну надо же... это оказалось проще, чем я ожидал. Но я понял, что дети в этом плане очень отходчивы.

Теперь, когда война на Нерфах официально окончена, я возвращаю автоматы в комнату девочек и, убедившись, что они увлечены игрой, поднимаюсь наверх, в гостевую комнату, которая станет новой детской.

Стены здесь пока белые, так как они решили подождать и узнать пол ребенка при рождении, но они уже начали заполнять комнату мебелью и гендерно-нейтральным декором.

Джульетт сидит в белом кресле в углу, листая книгу о беременности, а Лиам возится на полу, доставая детали детской кроватки из коробки.

— Вы могли бы и предупредить меня, что я иду на передовую.

Джульетт смеется.