Я допил чай и мысленно связался с Рухом:

«Что там наши наблюдатели?»

«Один разговаривает по кирпичу для связи. Засуетились. Кучер завёл свою тарахтящущю кибитку, но стоят на месте. Вероятно чего-то ждут».

«Подкрепления, — отозвался я. — Продолжай наблюдение, но сам не суетись».

«Суета — удел двуногих», — отозвался Рух и через мыслеречь зевнул так громко, что у меня в голове затрещало.

Я выдержал и тоже зевнул.

Затем зазевали и все в комнате. А через пару секунд послышался зевок из торгового зала — жена Тимура тоже подхватила эту птичью зевоту.

— Сейчас бы баиньки после такого чаепития, — изрек Петрович, наблюдая за процессом.

— Тебе бы только бока расслабить, старый, — хмыкнул Свят.

— Если только напрягаться — спазм скрутит, — невозмутимо парировал старик.

Я же подумал, что наш Петрович явно нашел общий язык с Рухом. «На одной волне с ним», — как сейчас говорит молодежь.

Ну да, недаром его амулет стал частью Руха при воскрешении.

Мысли плавно вернулись в исходное русло. Итак, после звонка Тимура сюда наверняка едет группа захвата, а наблюдатели, стало быть, должны подтвердить, что я до сих пор здесь.

Руна Ощущения нервно дернулась. О! А вот эти ребятки похоже за нами.

«Первый, суета усиливается», — лениво произнес Рух в тот же момент.

«Ага, в курсе».

«Ну раз в курсе — дальше сам», — он прислал мне мыслеобраз какой-то пернатой голубки, которая заинтересованно смотрела на него.

«Будешь развлекаться, пока у меня проблемы?» — хмыкнул я.

«Если эта мелочь — проблемы, то ты не Первый. Все, не отвлекай».

«Лети уже. Главное — огненных бастардов по всему Ярославлю не наплоди».

Протяжная трель привлекла всеобщее внимание. Тимур расторопно ответил на вызов, несколько секунд слушал команду, затем коротко ответил: «понял» и отключился.

— Говорят, уже на месте, — обведя нас всех растерянным взглядом, произнес он. — И чтобы я… отпускал клиента. Они сами разберутся.

— Вот и славно, — я поднялся. — Спасибо за чай, Тимур. Дальше не твоя забота.

Тимур открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Только кивнул и отступил к стене, пропуская нас к выходу.

Мы прошли через торговый зал, когда поднимались на улицу, Свят тихо шепнул мне:

— У тебя разборки с Псом, с Залесским, с брагинскими… Теперь ещё Шрам? Ты что, против всего подполья Ярославля воевать собрался, Первый?

— Чем больше войн, тем больше трофеев, — пожал я плечами. — Машина для выходов в свет сама себя не купит.

Святогор одобрительно ухмыльнулся.

На улице нас ждали восемь хмурых человек. Четверо застыли возле двух чёрных внедорожников, припаркованных прямо напротив входа в лавку. Серый фургон наблюдателей тем временем переместился ближе — теперь он стоял метрах в двадцати дальше по улице.