— Ладно. Только нас ведь в линию больше не выставят.

— Так и до этого вроде не собирались выставлять, — теперь уже пожимать плечами пришла очередь Антона.

Стрелы на пару сотен метров от повозок собрали довольно быстро. За теми, что упали дальше отправили уже верховых, благо в упряжь лошадей так же входили и седла. Не менее четверти ополченцев составляли молодые парни успевшие пройти срочную службу, они ведь входили в первую очередь призыва. А потому, в случае крайней нужды они вполне могли составить эдакий кавалерийский резерв.

Признаться, урожай не радовал. Больше половины собранных стрел были изломаны копытами. Так что с них, по сути, можно было взять только наконечники и иногда оперение. Но это только по возвращении. Нет смысла возить с собой

Наконец с этим делом было покончено. Конечно оставались еще стрелы и поближе к позициям половцев.

Половцы тем временем маячили вдали, держась вне досягаемости пушек. Успели уж изучить, на какую дистанцию они мечут стрелы. Получалось изрядно. Пожелай они напасть на гуляй-город и им придется добираться до него порядка пяти минут. Оно вроде как и много, но в то же время, недостаточно, чтобы дружине тронуться с места.

Впрочем, в этот день все одно продолжить путь не получилось. Половцы пришли в себя, а потом вновь ринулись в атаку. На этот раз на штурм они не пошли. Всадники неслись вокруг укрепления на отдалении в пару сотен метров обстреливая их наскаку. При этом пускали стрелы по крутой траектории, стараясь достать русичей за деревянными щитами. Напрасный труд. Более трех десятков тысяч стрел, причем большинство в хорошем состоянии достались ополченцам в качестве трофеев. Потерь среди них не было.

А вот сами пограничники, к слову, израсходовали значительно меньше. Потому как старались бить прицельно, и только из стрелометов и пушек. То и дело один, а то и несколько половцев летели в траву. Правда, справедливости ради, в основе своей страдали лошади, а не всадники.

Видя бесполезность этих действий Шарукан вновь решил взять гуляй-город прямым штурмом. Эта попытка стоила ему большой крови. Но оказалась столь же безуспешной.

На этот раз тачанки отвели к центру лагеря, куда стрелы долетали крайне редко. И вот тут уж помянули добрым словом стеганные попоны, которые сберегли животных от серьезных ранений. А парочке и вовсе прилетело в седла.

— Ну что, Игорь, похоже умылся Шарукан, — хмыкнув заметил Михаил, провожая взглядом отходивших половцев.

— Он еще вернется. Причем, я бы на его месте попробовал сделать это ночью.

— Согласен. Поэтому вооружая свое воинство лопатами, и пусть копают ров. Что-то мне не понравилось то, что некоторые особенно отчаянные прямо с седел запрыгивали на щиты.