Михаил не намеревался передавать князю стальные образцы, поставляя только чугунные. А полноценные пушки из чугуна для полевого сражения слишком уж тяжелы. Пищали куда легче. Тачанки для них пришлось ладить с большей грузоподъемностью. Но в скорости они не больно-то и потеряли.

Половцы вроде как уже затребовали переговоры. Но Мономах пока от них уклоняется. Нужно же дать серьезный урок. Так, чтобы хватило хотя бы на десяток лет, чтобы развязать себе руки на время смуты у себя дома. Дабы навести порядок.

Только замятня началась куда раньше чем думалось прежде. Сил на принуждение разошедшуюся родню к миру в Киеве не было. Оставался Михаил, которому Великий князь доверял. И наверняка именно с прицелом на вот такую ситуацию его и не трогал.

Конечно дружина у Романова скромная. И несмотря на полевую артиллерию и гуляй-город, не ей тягаться с не на шутку разошедшимися родственничками. Но ведь у него в тестях великий хан Тераккан, который может не напрягаясь выставить тридцатитысячное войско. А там, глядишь, если кинет клич, то и из других орд подтянутся воины. Влезать в разборку с киевским князем он не станет точно. К тому же, не на шутку усилившаяся орда печенегов, вобравшая в себя несколько куреней сородичей.

Так что, знал Мономах, что делает. Были у Михаила силы, чтобы выступить в поход и навести в княжествах порядок. Как присутствовала и вера в новоявленного князя. А иначе к чему ему устраивать тот подлог.

— Вот что, Витя, завтра в восемь утра назначаю заседание Малого совета. Оповести всех причастных.

— Слушаюсь, — парень приложил к груди правую руку, обозначил легкий поклон, и вышел из кабинета.

— Отца о помощи просить будешь? — поинтересовалась Алия.

— Пока незачем. Ни его, ни Кучуккана я призывать на помощь не стану. Порой нет надобности выводить в поле большое войско. Достаточно только одного осознания у противника того, что это может неминуемо случиться.

— И что ты задумал?

— Отправлю к Худобею весть, что приказы великого князя следует выполнять. И коли он решил, что может на них не оглядываться, то стоит взглянуть в сторону своих кибиток. Ну и опишу местоположение нескольких крупных куреней. За мной уже закрепилась репутация человека, от которого в степи спрятаться невозможно. Сейчас, благодаря нашим планеристам, ее зарабатывает Мономах. Так что, поверит Худобей, никуда не денется, после чего отколется от Ростиславичей и вернется в родные края.

— А если не пожелает уходить без добычи?

— Братья его не просто так призвали, а заплатили вперед. К тому же, мне будет на руку, если Ростиславичи побьют Давыда с его поляками. А значит им понадобится помощь Худобея.