А, тем временем, вместе с искорками, явно «развеивалось» поле Невезухи. И я вспомнил уточняющий вопрос ведьмы, насчёт Оператора. «Развеялся?» — спросила она, и я думал, что ошиблась. Но не ошиблась, а похоже, знали ведьмы. И мне не сказали, стервы такие. Ладно, запомним, зло затаим и отомстим со страшной силой, посулил я, потихоньку начиная радоваться.

Вообще — как-то маятно и даже страшновато вышло в конце, отметил я, осторожно расплетая спутанные тросы себя.

Вот только одного не понимаю… Точнее, не понимаю-то я до хрена, но есть у меня актуальный вопрос: вот припёрся я в Арискино — Леший шалил. Неделю, на минуточку, так что в целом — нормально. В принципе — с Оператором выходит тоже сносно. Он давно буянил, а про него только Леший и знал. И ко мне обратился только тогда, когда убедился, что я способен помочь и доброжелателен. С остальными и заказов-то не было. Пёрся дуром и находил на кащеистый зад приключений. Да и не жалею, в общем-то.

А вот со змеями под Зеленюками и Лихом — фигня выходит. Как притянул я нечисть. Вот вроде и совпадение, а… А чёрт знает. Подборка такая, не самая надёжная — сейчас всякая дичь, хрень и прочая фигня каждый день творится. Но всё же… Хотя — посмотрим. Всё равно толкового ничего не надумаю пока.

Надумал я это толковое, дотопал по грязюке (начавшей, что занятно, подсыхать под солнышком) до колодца. Нос сунул — чуть не сплюнул. Тухлятина какая-то благоухает, чтоб её.

— Чтоб тебя ещё раз порвало, — искренне пожелал я порванному Лиху.

Бросил взгляд окрест — дома полуразрушенные, грязюка… И голый грязный Кащей посередине, блин!

— Бесит! — констатировал я, и деловито потопал в сторону небольшой речушки.

Дотопал, злобно шмякнулся на мелководье. Начал растираться песочком, отходя, как вылазит из воды морда.

— Кащей?

— НАХЕР ПОШЁЛ! — вежливо пожелал я нечистику. — НЕ ВИДИШЬ — МОЮСЬ Я!

— Понял, — ошарашено булькнул нечистик, погружаясь в воду.

— Ты это… настроение поганое, в общем. Через денёк поговорим, если нужно, — несколько устыдился я.

— Понял, — вторично булькнул уже почти исчезнувший водяной.

А я, отмытый и более-менее вменяемый, топал к роще. И прикидывал: а кого енто я послал? Так-то вроде водяной. Но они с людьми не того… Но я и не человек среди местной нечистости, а Кащей. Ладно, надо что — скажет. А если поздороваться вылез, морда щекастая — так и правильно я его нахер послал. Не фиг мыться мешать, да.

Дотопал, благо не так и далеко было. И подсох, и вообще — настроение поднялось. Ввалился в рощу, окинул кащеистым взглядом диспозицию.

Диспозиция, с ракурса Харитона, была занятной. А именно, фингалистый белугой орал на сжавшуюся магичку-шаманку, которая Ипполита вроде. Не очень членораздельно, но очень эмоционально. Кобылка сжалась, а её круп был опухшим и явно битым. И зажатые в лапе Харитона прутья (для человека — так и палки, прибить можно), лишённые листвы, тонко намекали, об чей круп они этой листвы лишились.