— О милости Его! — заголосил поп, отвешивая нечистику земные поклоны.

Кстати, большая часть окружающих попадала на колени, лупцуя ни в чём не повинную землю лбами. Не все, правда.

— Завелась в пастве Его паршивая овца, — продолжал голосить священнослужитель.

А я напрягся — сейчас меня сдадут, и вот хрен знает, что делать. Как-то у меня сомнения есть в эффективности рогатки против ентого гуся. А на кулачках как-то боязно.

Но «сдавать» меня поп не стал. А стал махать рукой какой-то группе. И, из толпы мужиков, вытолкнули связанную… эльфу. Не понял, нихрена не понял я, но предчувствия были нехорошие, и я подобрался. Но сделать нихрена не успел…

— Грешница сия…

— ГРЕШНИЦА! — прогрохотал нечистик. — ПРЕПРАВЛЮ НА СУД ЕГО! — и лапу свою протянул.

Шибануло вспышкой небывальщины… и на землю просто осыпался невесомый прах, бывший эльфийкой. А к нечистику потянулась… энергия, душа? Черт знает что, у девчонки явно изъятое.

Ну всё, сейчас я этого гуся… ну не то, чтобы взбесился, но взбесился я. Он их, скотина ЖРЁТ, похоже! Защищает, но натурально жрёт, скотина такая!

А изменение — «грех». И то, что я тут шарюсь, как дома — следствие моего совершенно человеческого внешнего вида. Магов среди местных нет и, похоже, быть не может.

Но зверел я, очевидно, с колебаниями небывальщины. Ну и, кстати, подтвердилась теория, что нечистики силой сильны, а вот чувствительность у них неважная.

Впрочем, моё озверение паразит светящийся даже неважной чувствительностью учуял. Даже не дёрнулся — перетёк в мою сторону, наставил на меня светящуюся пирамиду морды, вытянул в мою сторону противную лапу и проревел:

— СЛУГА ОТСТУПНИКА! ПРЕДАТЕЛЬ!

Фантазии какие-то бредовые, мимоходом отметил я, судорожно решая, а что делать-то? Драпать? Так, блин, догонит, весьма вероятно. А главное — и я хочу эту мерзкую сволочь прибить. И тросы, которые я, в бой рвутся!

Вот только сволочь к своему мечу тянется, который огненный. А вокруг пейзане, коленопреклоненные!

Поубивает же идиотов. Или…

Впрочем, тело решило вопрос этичности и моральности подставления пейзан под огненный меч за меня.

А разум, смотря за улетающими вниз объятыми пламенем с меча ногами — впал в челодлань, с ощущаемым стоном: «ой, деби-и-и-ил…»

Просто я рванул в прыжке к нечистику. А тот радостно и размашисто полоснул по прыгучей цели. Самое поганое, что это было БОЛЬНО. Слабый отголосок Боли, но который уже не проигнорируешь.

Впрочем, этот отголосок вывел разум из челодлани. И я весь, целиком, озверел окончательно, распадаясь на паутину тросов.

Пакость в облако из меня мечом потыкала, но толком ничего не добилась — несколько тросов сгорели, но ничтожная часть, на общем фоне. И, через секунду, обрушился я на нечистика, вонзившись… в шкуру. То есть, это была шкура, натянутая на заполненную небывальщиной пустоту, не более и не менее! Прочная, но пусть с трудом, но пробиваемая.