Я еле успел остановить себя от того, чтобы не шаркнуть ступней, бросая пыль и оставшиеся мелкие фракции соломы с пола Фейтлу в лицо — нет, победа в этот раз должна быть честной и «чистой», по всем правилам Школы. Благо, последние недели позволили мне достаточно адаптировать те из моих прошлых навыков, которые были все же полезны, и мою, скажем так, методологию к особенностям Пути Дуба.

Так что — я сила, я мощь. Ну, насколько позволяет тощее девятилетнее тельце. Ничего, потерпим.

Тем не менее Фейтлу хватило. Уклонившись еще от нескольких ударов и заблокировав еще парочку ценой таких же роскошных синяков, мне все же удалось подловить его: достал по колену, причем больно достал, хорошо, по прямой, а не по касательной. Для этого пришлось сесть чуть ли не на шпагат, а потом резко выпрямиться, спасаясь от контратаки, но дело того стоило. И, когда противник согнулся, заорав, я добавил ему по уху.

Фейтл упал на пол, воя и ругаясь. Ухо стремительно багровело и распухало. Ничего, сломанные ушные хрящи тут у многих, я уже заметил. Даже у Ориса.

— Ну что, хватит? — спросил я. — Или добавить?

— Да пошел ты… наследничек, млять, — он едва ли не ревел.

— Серьезно, — я сел на корточки рядом с ним. — Фей… ну ты чего? Ты Кая правда так сильно ненавидел? Что он тебе сделал? Или я тебя чем-то обидел? Извини, если так.

Тон свой я попытался сделать максимально искренним и участливым, не угрожающим. Поначалу думал разговаривать иначе, но во время драки мне Фейтл увиделся по-другому. Не высокомерным дебилом, которого кто-то настроил «поставить себя» перед наследником Коннахов, а запутавшимся, несчастным пацаном, которому не к кому обратиться за помощью. В конце концов, если он на каждом ранге по году, начиная с десятого, а сейчас на пятом, ему, может быть, даже не двенадцать, а вообще одиннадцать!

— Сволочь он, этот Кай… — пробормотал Фейтл сквозь зубы, явно из последних сил пытаясь не разреветься. — Вечно был лучше меня! Погиб, блин, как герой! А я не хочу гибнуть как герой! Понимаешь⁈ — он вскинул на меня злые, сухие глаза. — Не хочу гибнуть за род Коннахов! И за тебя лично не хочу!

О.

— И правильно, — сказал я дружелюбно. — Традиции традициями, но я тоже предпочитаю, чтобы мои люди за меня жили, а не умирали.

Фейтл со всхлипом втянул воздух, удивленно поглядел на меня.

— Вот только Кая спасти не успел, — продолжал я мрачно. — Пытался, но не смог. Потому что слабый. Но согласись, раз уж так вышло — не могу же я позволить, чтобы его при мне оскорбляли? Уж это я самое малое должен сделать в благодарность!