Однако я тут же выгнал эту мысль из головы. Они уже взрослые люди. Справятся. Точнее, наверняка уже справились — ведь почти десять лет прошло. Или даже совсем десять, трудно сказать. А единственное, что я сейчас могу сделать — это решать проблемы по мере их поступления.

И думать об этом, играя с младшей дочкой, точно не стоит.

Дверь в детскую распахнулась. На пороге стояла Ия, Сорина служанка, с кувшином молока и стаканом на подносе. Позади нее — Герна, держа в руках корзину с теплой прогулочной одеждой (несмотря на конец лета, погода стояла скорее осенняя). Две дамы, одна постарше, другая помоложе, ревниво поглядывали друг на друга, но при нас старались не ссориться. Каждая считала ухаживать за Орией своим священным правом: ведь Герна ухаживала и за Лисом, и за Ульном — и разумеется, теперь, дождавшись первой внучки своей госпожи, намеревалась точно так же заняться и ею! Ия же, с другой стороны, помогала Соре ухаживать за двумя ее дочерьми и за всеми тремя внуками, так что, разумеется, третью дочь тоже считала своим законным «доменом». Мне удалось примирить дам, только пригрозив, что я найму совершенно постороннюю няньку или кормилицу — например, ту, чьими услугами пользовалась Айна. Благо у нее теперь работы нет, когда Бер подрос, а четвертым ребенком Рены все-таки не обзавелись.

Так-то кормилица нам была не нужна, молока у Соры хватало и кормила дочку она с большим удовольствием, но несколько запасных кандидатур с детьми подходящего возраста и хорошим здоровьем я держал на примете — вдруг молоко внезапно пропадет или Сора заболеет как-то так, что я не успею ее быстро вылечить. Маловероятно, но наша жизнь богата на приключения.

Однако это не понадобилось: вот уже два месяца, как мы Орию с грудного молока полностью сняли, поскольку у нее выросли уже не только нижние, но и верхние зубы, а значит, она смогла полноценно кусать, а значит, кормление стало уж больно рискованным!

— Глава Коннах, у девочки закружится голова, — проговорила Герна, чуть поджав губы.

— У дочери Великого мастера? — Ия бросила на нее косой взгляд. — Едва ли! Цапель с раннего возраста учат акробатике! Господин Коннах, но юной госпоже пора пить ее молочко!

— Хорошо, хорошо, — усмехнулся я, опуская Орию на кроватку. — Давайте!

— Мама? — вопросительно спросила Ория, глядя на женщин.

— А вот и мама! — Сора ворвалась в детскую, как свежий ветер: она действительно пахла ветром и дождем. — Где ты, моя маленькая, дай я тебя расцелую! — подхватив расхохотавшуюся дочку, она расцеловала малышку в обе щечки и несколько раз как следует ее подкинула чуть ли не к потолку. Ия и Герна одновременно испуганно вскрикнули, но потом обе поглядели друг на друга — и замолчали.