Работы шли круглосуточно. Тысячи рабочих разбирали завалы, укрепляли стены, восстанавливали башни. Инженеры не только восстанавливали старое, но и улучшали: делали стены толще, башни выше, амбразуры удобнее для современной артиллерии.

Александрийская цитадель, которая была резиденцией генерала, также быстро достраивалась. Французские инженеры, начавшие её строить для Мухаммада Али, теперь заканчивали для Чернова.

— Месье Дюбуа, — спрашивал я у главного инженера, — сколько ещё времени потребуется?

— Два-три месяца, месье поручик, — отвечал он. — Мы работаем быстро. У нас много рабочих, много денег, много материалов. Всё, что нужно для быстрого строительства.

Но главной стройкой стало восстановление Александрийской верфи.

Ещё несколько лет назад на ней кипела жизнь, и она была самой значимой в судостроении Восточного Средиземноморья. Там строились большие военные корабли для флота Мухаммада Али: линейные корабли, фрегаты, корветы, бриги. Там работали тысячи мастеров: корабельных плотников, конопатчиков, парусных мастеров, канатчиков.

Но поражение Египта во второй войне с Турцией поставило на верфи крест, и её подлежало закрыть, так как Мухаммаду Али было запрещено строить корабли. По условиям мирного договора египетскому паше вообще не разрешалось иметь даже небольшой флот для береговой охраны и тем более строить новые корабли.

За прошедший год с небольшим верфь, конечно, ещё не была уничтожена полностью. Стапеля остались, большинство зданий и мастерских тоже. Но всё было заброшено, зарастало травой, разрушалось от времени и непогоды.

Генерал Чернов мечтал её восстановить как можно скорее, резонно полагая, что её успешная работа станет залогом финансового благополучия Александрии.

— Смотрите, — говорил он, когда мы с ним и несколькими офицерами осматривали верфь, — здесь можно строить большие корабли. Военные и торговые. Мы будем строить их для России, для Англии, для любого, кто заплатит. Это принесёт огромные деньги. Это даст работу тысячам людей.

Он был прав. Восстановление верфи началось немедленно. Английские корабельные мастера прибыли через две недели. Русские чуть позже. Они осмотрели верфь, составили планы, начали работы.

Тридцатого января прибыл очередной пакетбот из Севастополя, и он принёс много интересного. Главным были многочисленные Высочайшие повеления о производствах в следующие чины и жаловании орденами.

Пакетбот пришёл рано утром, и уже через час нас всех, офицеров русского экспедиционного отряда, созвали в цитадель. Мы стояли в большом зале, переглядывались, гадали, что нас ждёт.