Но у нас оставалось еще одно важнейшее дело: выслушать рассказ Софьи Павловны о заграничном вояже генеральской четы Черновых, и после ужина в столовой остались мы с Анной, Василий и Дмитрий Васильевич. Ну и конечно виновница торжества — несравненная Софья Павловна.

— Ну что ж, Софья Павловна, — начал я, когда слуги удалились и мы остались одни, — расскажите нам о вашем путешествии. Мы все сгораем от любопытства.

— О, это была весьма интересная поездка, — начала Софья Павловна, и я сразу заметил, как она тщательно подбирает слова.

Мои ожидания, что я сейчас услышу что-то очень интригующее и захватывающее, неожиданно не оправдались. Софья Павловна оказалась просто никаким рассказчиком, да еще и надо было следить, чтобы не сболтнуть лишнего. По любому всё откровенно она не имеет права нам рассказать.

В её устах всё было буднично и обыденно. В Англию они должны были ехать через Брюссель и Париж. Но неожиданно первая настоящая ниточка к неизвестному клубку событий, интриг и намерений тайных и явных оказалась у них в руках уже в Брюсселе. У господ британцев на континенте более чем достаточно врагов, у которых даже исчезает аппетит, когда появляется возможность подгадить обитателям «любимого» острова. Примерно таких же «любителей» прекрасной Франции в новой европейской стране тоже предостаточно. И всё произошло как в дешевом детективе двадцать первого века.

— Представьте себе, — продолжала Софья Павловна, — мы уже собирались выезжать в Париж, когда произошла эта странная встреча.

— Какая встреча? — не выдержал Василий.

— Сейчас расскажу. Мы с моим благоверным выходили из отеля, когда мы поймали за хвост жар-птицу.

Всё произошло, конечно, немного не так, но когда генеральская чета, не солоно хлебавши, собиралась отправляться в Париж, к ним на улице подошел какой-то старикашка совершенно нищенского вида и естественно попросил милостыню.

Его вид был таким несчастным, что Софья Павловна тут же расчувствовалась и подала большую сумму денег. И вдруг, к их огромному изумлению, старикашка на чистом русском заявил:

— Господа, это перебор, такую сумму я принять не могу, — и вкладывает в руку генерала сдачу, который сразу же сообразил, что здесь нечисто.

— Вы представляете наше удивление? — Софья Павловна всплеснула руками. — Нищий старик говорит по-русски!

— И что было дальше? — поторопил я её.

— А дальше… Дальше мой генерал разжал ладонь и обнаружил записку.

Сдачей была в том числе и записка, что в Париж им ехать не за чем, а всё интересующее они узнают в Лондоне. И был написан адрес и имя с фамилией того, к кому надо обращаться.