Жестяной переулок, где в самом начале стоял дом Хорне, уже зазвучал, звонко и хлестко. Казалось — много ли нужно кораблям от гнутого, скрученного или луженого тонкого металла? Много, от рупоров-матюгальников до окантовок канатов с линьками. Не говоря про боцманские дудки. Мастера, конечно, не кузнецы, не так сильно стучат и угольного дыма почти нет, но жить рядом с ними — еще то удовольствие. Только Хорне, родившийся и выросший тут, не жаловался. Так звучал дом.

Водовоз, старый знакомый, помахал, завидев его. Идти не стоило, старик подкатит, зная о шаге Хорне. Только сам Кишки-Вон считал иначе, ведь стоять на месте, когда можно пройтись — глупо. Надо ходить, надо, пусть порой скрипя зубами. Море трусов и слабаков не любит, даже если ты его старый знакомец. Вперед, калека, раз-два, раз-два… Так-так, согласилась трость.

— Видел вчера «Марион». С прибытием, шкипер. — Водовоз, еще сильнее белея совсем седой бородой, кивнул ему. — Не стоится на месте?

— Нет.

— Ну, значит, к дому поедем на мой тележке. Тут шагов сто, а с анкерками я тебя, Хайни, не пущу. Тетка твоя меня потом пополам сжует и не подавится.

Хорне улыбнулся. Водовоз помнил его мальчишкой, помнил подростком и радовался, когда Хорне вернулся уже мужчиной под своими парусами.

— Надолго или нет пришел, не спрашиваю. — Старик разливал воду в кувшины трем подошедшим хозяйкам, кидал, не глядя, деньги в большой кошель на поясе. — Сходил-то хорошо, ребятки твои, говорят, в порту вчера так покутили, чуть патруль вызывать не пришлось.

Хорне пожал плечами. Команда, оказываясь на берегу, кутит как ей вздумается, капитан не перечит, традиция… А традиции на Севере соблюдались.

— Под утро завалились имперские, шкипер. — поделился водовоз. — Сразу две «змеи» примахали, да большие, в три палубы, не иначе, весла в два ряда. И пушки по бортам, да на носу с кормой. Видал?

— Видал. Новые суда, спускают на Длинном море и потом гонят сюда. Караван собирается, пойдут через Абиссу в Восточный номед.

— О как, — подивился водовоз, — так осень ж на носу, куда соваться? Льды встанут и все, приплыли.

— Встанут на Свардэ или в Доккенгарме. — Хорне протянул первый анкерок. — Они опытом ученые, просто так их льды не затрут. Весной снимутся с якорей и вперед. На «змеях», думаю, еще и пехота есть?

— Это да. Людей везут на замену?

Не людей, легионеров. Легионы Безанта двигаются пешком, но не через Вольные города, закрывающие Восточный номед с южной границы. Туда им хода нет, согласно договоров городов и Кесаря-Солнце. Вот и гоняют по морю сухопутных, меняя отслуживших свое на новеньких, либо перебрасывают ветеранов. А по дороге еще и вербуют всех, кому не в мочь оставаться дома, или подпирает бежать, да некуда. Нанялся на службу Безанта — никто тебя не выдаст местным властям, ты не в их власти. А если сунутся — огребут стальной щелчок по носу и все.