Он грустно усмехнулся и продолжил:

— Гол, как сокол. Всю жизнь проработал на одном месте — и ничего не заработал. Но сынишка был сыт, одет…

Он снова мучительно сглотнул, лицо покраснело.

— И что дальше? — спросил я. — Ты сообщал в полицию?

— Да нет. А зачем? Ничего же не украли. Я думал, может, вор вломился, увидел, как я скромно живу, пожалел и ушёл, — хмыкнул он, но в голосе больше было горечи, чем шутки.

— Зря, — сказал я. — Надо было сделать сообщение, что было проникновение. Это бы нам сейчас очень помогло. А следы взлома остались?

— Ничего не осталось, — ответил он. — Замок я новый поставил, дверь починил, всё заменил. Вот и всё, жил… Жил дальше…

— А кто-нибудь видел, что дверь была взломана? Кому-то ты рассказывал?

— Никому не рассказывал, никто не видел. Я же говорю, пил я…

— Хреново, — задумчиво почесал я подбородок. — Ну что ж, ладно, бывай.

Я протянул ему руку. Он неловко подался вперёд, протянул обе — они были скованы наручниками.

— Если что вспомнишь — я ещё тебя навещу. Сообщишь мне при следующей встрече.

— Спасибо тебе, Максим Сергеевич, — тихо проговорил Думин.

— За что? Пока не за что.

— Да нет, вижу я, — сказал он, глядя прямо. — Ты настоящий человек. Не как все остальные. Печёшься за других. И за это тебе спасибо.

* * *

Марк и Измаил — зализанные, похожие на модных подростков, но по возрасту уже вполне зрелые, хитрые, прожжённые — решали щекотливые вопросы. Много судеб они загубили по заказу. Службу их прозвали «антипиаром», хотя сами они это название не любили. Они были решалами, но не в прямом, насильственном смысле: компромат искали, фальсифицировали факты, подтасовывали нужные документы. Когда нужно было сместить высокопоставленного чиновника, бизнесмена или общественного деятеля, мешавшего чьим-то делам, шли именно к ним за оплачиваемой помощью.

Они были специалистами и работали с гарантией. Их услуги стоили дорого, и в деньгах они не нуждались, жили на широкую ногу. У Измаила была безупречная турецкая бородка. Ежедневно он подбривался в барбершопе. Марк, с загорелым лицом и серёжкой-колечком в ухе — внешне дерзкий и аккуратный одновременно. Они были больше, чем напарники: друзья, которым крайне нравилась их подлая работёнка. Они ловили кайф от ощущения контроля, уверенности, что за деньги можно вывернуть чужую жизнь наизнанку.

И вот их отправили нарыть компромат на мэра Камнегорска. Поначалу они хотели отказаться: мол, не их уровень, это всего лишь мэр провинциального городка. Но как только озвучили гонорар, согласились без обсуждения. Как выяснилось, мэр оказался вовсе не мелкой сошкой: он подгребал под себя недвижимость, земли и бизнес не только в своём городе, но и на прилегающих территориях области.