— Мы предложили ему встретиться в Рейхстаге, — продолжал Лесков, не сводя взгляда с Александра. — Там в наличии — работающая телепортационная арка плюс прямой выход в подземный Берлин и, собственно, в метро. Таким образом нам не придется идти через весь город за Шульцом и остальными полукровками. Встреча состоится непосредственно у телепорта.

— А что если это ловушка? — мрачно поинтересовался Полковник. — Что если ты ведешь наших людей на смерть? Где гарантии, что Берлин еще не сдал свои позиции? Насколько нам известно, Мюнхен и Дюссельдорф собственноручно согласились вычищать неугодные «процветающим» земли, едва туда ввели «ликвидаторов». У меня вопрос: почему бы и Берлину не перестать сопротивляться? Германия распалась — этот город в любом случае обречен.

— Шульц — «телекинетик», — ответил Дмитрий, наконец взглянув на своего собеседника. Со дня «свадьбы» Полковник по-прежнему отказывался разговаривать со своей дочерью, а попытки Лескова наладить отношения заканчивались очередной ссорой. На собраниях эти двое придерживались политики холодного перемирия, но, едва затрагивалась тема Эрики, все снова шло наперекосяк.

— И что с того? — с вызовом спросил Полковник. — Сомневаюсь, что он один может задержать группу роботов.

— Бранн Киву взглядом превращал в щепки вековые деревья. Если Шульц хотя бы частично обладает такими способностями, роботы ему не страшны.

— Хорошо, что требуется от нас? — вмешался Александр.

— Разрешение активировать телепортационную «арку», — ответил Лесков. Глава Совета удивленно вскинул брови. Что-что, а он никак не ожидал, что после Вашингтона Дмитрий ограничится столь скромной просьбой. Но в этот момент в разговор вступил Рудольф.

— Дело не только в разрешении. Свет надо гасить, — мрачно пробубнил он. — Нельзя и небо включать, и лампы жечь, и «арку» гонять. Для активации телепорта требуется огромное количество энергии. Мы ведь не в последний раз его используем?

— Определенно, нет, — отозвался Дмитрий, взглянув на старика.

— Тогда тем более! Минимизируйте энергозатраты на всё кроме «арки». На этом собрание окончено. Идем, Марк, нечего тут штаны протирать. Только и могут, что языками чесать…

— Постойте, нельзя так с людьми! — воскликнул кто-то из советников. — Голограмма неба для выживших, как символ надежды. Это сломает их!

В ответ Рудольф демонстративно поднялся с места и, бормоча под нос ругательства в адрес некоторых сопливых политиканов, направился к выходу. Поравнявшись с дверным косяком, он заметил на стене выключатель и тут же шлепнул по нему ладонью, отчего весь зал немедленно погрузился в темноту.