И пока эти наивные дурочки ничего не заметили!

Марина сдёрнула с ложа простынь и швырнула на пол мятой кучей. Огнём она не владела совсем, но на окне стояли свечи — то ли для света, то ли для романтики, но никто их, само собой, так и не зажёг. А рядом лежал коробок спичек. Сухая ткань занялась быстро, распространяя вокруг едкий запах гари. На горелую вонь, естественно, примчались фрейлины:

— Мариночка! Что ты надел… — Полячка резко выбросила в стороны руки, не дав русским даже близко подойти к огню:

— Я не хочу, чтобы хоть что-то напоминало мне об этой ночи!

— Ты пришла в себя! — обрадовалась Лиза. Настя топталась за её спиной, бестолково тараща глаза.

— Пришла, — холодно кивнула Марина. — И хочу вам сказать. Альвийская ведьма овладела разумом царя. Она задумала что-то дурное. И покуда этот источник зла не будет искоренён, мне находиться рядом с царём опасно. Я должна скрыться, чтобы хотя бы один из четы законных государей не подпал под её влияние. Со мной ли вы? — Марина возвысила голос. — Готовы ли пожертвовать временным комфортом, чтобы после занять достойные места у трона?

Фрейлины неуверенно переглянулись:

— Готовы!

— В таком случае… — Марина выглянула в окно на всё ещё пустующий двор. — Лиза, твой брат всё ещё значится старшим офицером моей охраны?

— Конечно, он и сегодня всю ночь в карауле… — но её перебила Настя.

— Мариночка! — восторженно прижимала руки к груди Салтыкова. — Ты хочешь взять Юрочку с собой, чтобы я не расставалась с женихом⁈

— Конечно! — не моргнув глазом ответила Мнишек. Какая досада охватила её в этот момент! Она и думать забыла, что Настя Салтыкова помолвлена с Трубецким. — Мы бежим все вместе. Немедленно! Лиза, скорее позови брата. Он человек верный и должен узнать о вероломстве альвов первым.

ТОЛКУ ОТ ТЕХ БИРЮЛЕК, КОЛИ МАГИИ В ТЕБЕ НЕТ…

Что делать с доставшимся от прадеда амулетом, Микула не очень знал и вздевал его крайне редко, по большим праздникам, а в остальные дни, опасаясь потерять его в поле или в лесу на промысле, вешал старинную вещицу в красный угол избы. Всё же, родовая память, да и магическое что-то в нём запечатано — иначе зачем к рогам подковы суровой ниткой примотан крупный, выглаженный до медового света янтарь, да так хитро, что камень висел ровно посредине амулета, будто в воздухе?

Говорят, пра-прадед знал, как пользоваться, и даже немножко умел, только сгинул он в Великую и страшную Магическую Войну, одна подкова на память и осталась. Может быть, кто-нибудь из залётных магов и объяснил бы, для чего эта подкова потребна, однако в их деревушку мало кто заглядывал — дальний медвежий угол, кому он интересен.