Слезящимися глазами Гу Лун смотрел на дымящийся пепел, оставшийся от Мико. Ему казалось, что он постарел на тысячу лет, надежда в его душе то сменялась отчаянием, то опять разгоралась.

Он не мог дышать, не мог моргать, в пересохшем рту не осталось слюны. Казалось, жизнь вот-вот покинет его застывшее тело.

И вот, спустя целую вечность, это случилось.

Яркая, ослепляющая вспышка болью пронзила разум. Когда Гу Лун снова обрел зрение, она лежала в пепле — новая, совершенная, с кожей без единого шрама и удивительным образом повзрослевшая.

Но это были не единственные изменения — когда она очнулась, в ее глазах плескалось древнее знание.

— Я помню… — прошептала Мико, обхватив свои колени. — Я помню, как горели целые города. Как драконы падали с неба. Я помню, словно это я была тем Фениксом, что жил тысячелетия назад.

Гу Лун обнял ее, пытаясь скрыть дрожь в своих руках. Она была жива. Она прошла через это. Она справилась и получила от перерождения больше, чем кто-либо за всю историю, что знал Гу Лун.

Но сила без тренировок могла принести много вреда, поэтому Гу Лун с помощью внучки смог наложить новую ограничивающую печать. У Мико была память далекого предка, но это была память зверя. Хоть и легендарного и мудрого, но зверя. И то, что использовал Феникс, не мог использовать человек, без страха навредить себе.

Позднее, наблюдая, как Мико балансирует на краю обрыва, он чувствовал гордость. Он понял, что жил не зря, и внучка прогрессировала невероятно быстро.

— Мико, слезь оттуда, — сказал он, когда она слишком уж далеко наклонилась, разглядывая что-то внизу.

— Но там же цветы! Огненные лилии! — Она повернулась к нему, и в ее взгляде читалось чисто детское возбуждение. — Можно, я сорву одну?

— Нет. Они ядовиты. — Настаивал Гу Лун.

— Но я чувствую, что они будут мне полезны! Я смогу их усвоить! — возразила Мико, однако послушалась и все же отошла от края.

Гу Лун покачал головой. Да, возможно, она и чувствовала правильно, что эти цветы ей не навредят — слишком сильна в ней была стихия огня — но привычка заботиться о ней засела слишком глубоко.

Вечером, у костра, старик убедился, что природная интуиция не обманула Мико. Обсудив с ней воздействие этих цветов и услышав от неё нюансы их безопасного применения, которые знала внучка — он дал своё согласие.

Цветы, которые могли убить практика пика стадии листьев, после правильной обработки продвинули внучку на целую стадию, и Гу Лун недовольно качал головой. Быстрый рост — это не всегда хорошо. Она только начала культивировать, и уже через месяц находилась на стадии ростка(3.1). Да и печать с треском рассыпалась, что вызвало новые спонтанные всплески силы, и Гу Лун с трудом удерживал их, чтобы они не навредили внучке. И это его пугало, потому что яд, отравлявший его все время, от этих усилий продвинулся дальше.