Работа заглушала тревогу. И пока где-то там, на юге, царила мертвая тишина вокруг Озера, Империя Бородача и Крота должна была работать. Чтобы, если этот паршивец все-таки выйдет из воды — у него была крепкая стена за спиной. И запас папоротника. На всякий случай.

* * *

Звон клинков, сшибающихся в яростном танце, оглушал присутствующих в тренировочном зале возле недостроенной цитадели Белого Тигра. Чоулинь, мощный, как скала, с мускулами, играющими под пропитанным потом тренировочным кимоно, парировал атаку за атакой двух старших учеников. Его движения были выверенными, экономичными, наполненными внутренней силой Ядра (4.1). Он был губкой, впитывающей все знания Школы, а папоротник от Хаггарда, обмениваемый на баллы и редкие ресурсы, давал ему топливо для безостановочного стремительного роста.

— Хватит! — скомандовал седобородый мастер Ханьху, первым разглядевший потенциал Чоулиня и взявший его в ученики, еще на том первом турнире. Ученики отскочили, тяжело дыша. Чоулинь опустил тренировочный меч, его дыхание было ровным. На его лице — привычная сосредоточенность, а в глазах горел огонь, которого не было три года назад.

— Чоулинь, твоя стойка стала непробиваемой. Но ведь это не все! Сила без гибкости — это таран. А ты должен быть мечом, а не тараном! Гибким и юрким.

— Понял, наставник, — прогудел Чоулинь, — Буду работать над скоростью.

Он видел восхищение и легкую зависть во взглядах других учеников. Первое место на внутреннем турнире Школы два года подряд открыло ему многие двери. Но его это не радовало. Он видел карту в зале Совета, куда его пару раз в последние полгода брал Лин Чжэн. Видел, как пятно демонического нашествия ползёт по имперским землям, неуклонно расширяясь, и угрожая тем землям, что еще держались.

После тренировки он зашел в свою скромную палатку. На столе лежал свежий мешок с ресурсами от Хаггарда и письмо. Чоулинь развернул его. Хаггард писал о делах, о Кроте, что постоянно растет и скоро будет размером с дом, о поставках продовольствия на Стену, о том, что Мико уже прорвалась на стадию материализации ядра. И в конце, как всегда: «Керо еще молчит. Держи ухо востро, здоровяк. Когда он вылезет, миру придет капец… или спасение. И готовься. Пилюли жуй, силы копи. Скоро на Стену пошлют подкрепление — после катастрофы с границей Дао прошло уже полгода, а Калед только сейчас обьявил мобилизацию всех сил. Так что жди горожан, не знающих толком, что такое строй».

Чоулинь сжал письмо. Он посмотрел на свой меч, висевший на стене. Боевой клинок, усиленный рунами «Камень» и «Острый», подарок Керо. Со вздохом он подумал о друге, и своей цели… Он не был гением, как Керо. Но Чоулинь был упорен, как скала, и в этом беспощадном к самому себе упорстве брал одну вершину за другой.