Минус молча кивнул. Аннет тихонько прошептала:

— Помоги мне. Пожалуйста.

— Да, девочка. Всё, что угодно.

— Помоги мне умереть, — произнесла Реми едва слышно.

— Не надо… — Серёга замотал головой, говоря так же тихо. — Не надо! Я буду о тебе заботиться. Я никуда не уеду. Только живи!

— Нет, — Аннет моляще проговорила. — Помоги. Я не смогу жить такой… Мне очень плохо… Помоги!

— Подумай, — торопливо зашептал Серёга, хоть в глубине души понял, что отговорить не получится. — Раны должны зажить. Потом можно сделать пересадку кожи. Операции. Можно попытаться. У нас получится.

— Не лги! — неохотно ответила француженка. — Мне очень больно. Доктор даёт морфий, а без него не могу. Всё горит, как в огне, — Она вдруг потянула вниз тонкое одеяло, и Минус увидел, что кислота угодила на левую грудь. — Не спорь. Мне плохо. Ты должен мне помочь.

Серёга осторожно коснулся уцелевшей щеки и почувствовал, что у Реми жар.

— Ты бы тоже не хотел жить таким, — Аннет тяжело вздохнула. — Ты бы не согласился.

— Я — это другое, — ответил Минус. — Подумай, — голос Серёги дрогнул. — Пожалуйста. Я буду ухаживать за тобой. Не надо умирать! Я очень хочу, чтобы ты жила!

— Даже такая?

— Да! Любая! Только живи!

— Не проси, — она неслышно прошептала. — Я не смогу жить. Я не смогу на себя посмотреть. Не мучай меня. Просто помоги и всё. Я тебя умоляю!

Минус задумался, глядя на неё. Раны воспалились. Серёга сомневался, что Аннет сможет остаться в живых. Ей было очень плохо. Глаз смотрел мутно, словно потускнел изнутри. Было видно, как Реми устала. Лишь каким-то чудом, она ещё умудрялась держаться.

— Помоги, — снова прошептала она. — Ведь ты всё понимаешь.

Серёга осторожно поцеловал её в щёку.

— Я понимаю, девочка, — неохотно ответил он. — Ты точно решилась на это? Подумай ещё раз.

— Да, — лицо Аннет скривилось. — Я давно решилась, но Ира забрала опийную настойку. Она следит, чтобы я не убила себя. Принеси мне новую.

Минус на мгновение зажмурился. Он ещё раз взглянул на француженку и произнёс:

— От неё долго умирают. Это мучение.

— Да, — ответила Реми. — Я знала девушку, которая отравилась настойкой. Её спасли, хотя она потом долго болела. Но я не знаю, что ещё можно сделать. Я не хочу в петлю…

У Минуса похолодело внутри. Это только его вина, хоть Серёга нипочём не ожидал такого. Он был готов к вызову на дуэль, к драке с её парнем, но только не к тому, что случилось. Минус не представлял, как можно изуродовать женщину, которую любил. Он не понимал, почему мужчине может прийти это в голову.

— Прости меня, пожалуйста, если сможешь, — осторожно произнёс Серёга. — Я очень виноват перед тобой.