— А почему ты себе такую работу выбрала?

— Потому! — женщина задумалась, стоит ли рассказывать. — Больно выбор богатый у меня был! Ты думаешь, что девице работу легко найти?

— Не сердись, — Минус постарался примиряюще улыбнуться. — Не идёт тебе. Добрая ты, на самом деле.

— Не идёт… — Наталья всё же заговорила спокойнее, — Хотела я всегда самостоятельной быть! Тебе-то, парню, не понять! Чтобы от мужа нипочём не зависеть. Самой зарабатывать и не выпрашивать денег! Нагляделась я…

Минус молча смотрел на неё, и женщина продолжила говорить:

— Трое нас, сестёр-то. Я средняя. Семья у нас не богатая, но и не голодали. Хорошо жили, не скажу, что обделена была. Отец наш, Виктор Петрович, с мамою ладил. Любил её, видать. Мне тоже так хотелось, чтобы с чувствами… Оттого замуж и не бежала… Алла, сестрица моя старшая, та поспешила выскочить. Не знаю уж, как там у неё заладилось сначала… А уж опосля… — Наталья замолчала на мгновение, но продолжала:

— Митька, муж ейный, офицер. Сейчас уж штабс-капитана получил, а в пору знакомства в унтерах хаживал. Бравый такой, с виду-то, — женщина покачала головой, — на лицо хорош. Чернявый, усищи, как у кота. Подкатывать-то умел… Алла уши и развесила. А как поженились, так за голову схватилась. Денег завсегда нету. Жалование и без того небогатое, так он ещё проиграет да пропьёт! А у неё двое деток сразу, погодки. Хоть плачь! Пока отец живой был, так высылал ей каждый месяц, а как не стало его, так и вовсе не до жиру… Вот мне и не захотелось жизни подобной. Чем с таким, уж одной всяко лучше.

— А до института ты где работала?

— Фельдшером. Училище закончила и пошла в родильный дом. А как институт открыли — чуть не прибежала документы подавать! — она усмехнулась. — Поступила… — Наталья произнесла это с гордостью. — А после него направили меня в земскую больницу. Два года там отмучилась да обратно вернулась. Потом устроилась в участок! — она покачала головой. — Зарплата больше. А приказом-то акушерок брать на службу обязали. Но не сработалась я… Ушла. Вернее, меня ушли…

Минус с любопытством произнёс:

— Расскажи, что случилось. Обидел кто?

— Как сказать, — Наталья скривилась. — Нас-то для чего брали? Когда снасильничают кого-то, то мы должны осмотр делать, ну ты понимаешь… — она смутилась, но продолжала:

— Чтобы наклеп на кого-то не случился. Девицы-то они знаешь, каковы бывают? Ого! Такое сочинят, что не отмоешься! По корысти или по дури своей. Пока сама работала я, хорошо было. Я по совести живу. Как есть, так и писала. И начальство меня не трогало. А потом приказ новый, чтобы осмотр обязательно утверждал врач. Мужчина, конечно. Понять этот приказ можно. Акушерки-то не без греха. Деньги, небось, брали. Но только вышло ещё хуже.