— Он что-то тебе сделал? — спрашивает Тамерлан низким голосом.
— Нет, ничего. Мы просто поговорили.
— Хорошо. Иди, — кивает он, но я вижу, как ему тяжело это сказать.
Знаю, что вечером он обязательно захочет встретиться. И я сама этого хочу. Нам нужно столько всего обсудить, поговорить наконец спокойно, ведь в эти дни не получалось.
Киваю ему едва заметно, полная благодарности за его присутствие даже в такой момент, и иду к маме и Аише.
— Что он хотел от тебя? — тихо спрашивает мама на ухо, взяв меня под руку.
Дочь отстала от нас, прощаясь с двоюродными сёстрами, а мы с мамой идём к машине, и я рассказываю ей о разговоре с Анваром.
— Не понимаю его, — качаю головой. — Он вёл себя сегодня странно и напрашивался в гости.
— Может, горе на нём так сказалось? — цокает мама. — Я видела, как он смотрел на тебя. У него что, проблемы на личном?
— Да кто ж его знает, мам? — вздыхаю. — Мне вообще неинтересно, что с ним происходит.
— А если придёт к тебе сегодня?
— Ой, вот он выходит, — замечаю я, что Анвар выходит из ресторана и смотрит по сторонам.
Увидев Аишу, он подходит к ней и кладёт руку ей на спину.
Мама тоже оборачивается и снова поворачивается ко мне.
— Скажи, чтобы встретились на нейтральной территории, — советует она. — Не нужно, чтобы он приезжал домой. Мужики так делают, когда хотят проверить, осталась ли для них дверь открытой.
— Конечно же нет, мама, — усмехнувшись, я думаю прежде всего о Тамерлане. О том, что сейчас для меня важно встретиться с ним, а об Анваре я и думать не хочу.
— Это для тебя нет, — продолжает мама. — Но, учитывая то, что он говорил тебе недавно, он хочет не просто навестить Аишу, а снова почувствовать себя частью той семьи, которую однажды потерял.
— Почему-то он не думал об этом, когда спал с проститутками все тринадцать лет нашего брака. Всё, сменим тему, — отрезаю я и ловлю взглядом Тамерлана.
Он идёт рядом с Касымом. У свёкра опущена голова, он слушает, что говорит ему брат. К ним подходят двое мужчин и одна женщина. И в ней я внезапно узнаю директора по связям с общественностью авиакомпании. Напрочь вылетело из головы её имя, но лицо я запомнила. Красивая, ухоженная женщина в длинном тёмном платье и элегантно повязанном платке.
Она протягивает руку сначала Касыму, затем Тамерлану, и в сердце со всей силы ударяет ревность.
Воображение вдруг рисует Тамерлана и её в постели. Как он её целует, обнимает, прижимает к себе.
Господи, это совсем не те мысли, которые должны приходить на похоронах бывшей свекрови.
Как только я думаю об этом, Тамерлан поворачивает голову, поднимает глаза и смотрит на меня. Я знаю, что должна отвести взгляд, но не могу. Я снова его читаю, и мне снова так хочется в его объятия.