— Так а почему домой не вернулись? — удивилась я.
— Чтобы отец меня всю жизнь упрекал?! Не могла я. Слишком гордая.
В этом они с Михаилом Семеновичем были похожи. Оба упрямые.
— Ну а потом?
— С Никитой познакомилась. Поженились мы недавно. Он нас с Викой к себе взял. Хотела к отцу
поехать, но решиться никак не могла. Мне же ему правду рассказать о себе придется. Простит
ли? У него характер не сахар.
Мы еще поговорили с девушкой с полчаса. Я пообещала прощупать почву для примирения.
— Передайте ему вот это, — сбегав домой, вложила она мне в руку странный сверток.
— Что здесь? — с сомнением поглядывала я на обветшавшую тряпочку.
— Это мамино кольцо, — призналась девушка. — Когда убегала, украла. Отец его хранил как
память. Несколько раз закладывала, но всегда выкупала. Берегла.
— Вернете сами, — с улыбкой заверила я ее.
Время близилось к обеду, и я решила не откладывать разговор с Михаилом Семеновичем в долгий
ящик. Села в машину и направилась в Лосево.
Дом мужчины встретил меня подозрительной тишиной. Хозяина явно не было, хоть я и
предупредила по телефону, что подъеду.
Старенькая машина ютилась на свеже подстриженном газоне, и я решила пройтись по деревне,
уверенная, что далеко Михаил Семенович уйти не мог.
Дошла до дома Зинаиды и удивленно замерла. Аккуратно припаркованный, во дворе стоял
внедорожник Виктора.
Глава 60
За несколько месяцев скромный домик Селивановых превратился в просторный, современный
коттедж. Во дворе еще были заметны последствия глобальной перестройки, но заботливые руки
Зинаиды уже навели уют, восстановив цветистые клумбы и грядки.
Я нажала на звонок, не рискнув стучаться в железную дверь. Прошло несколько томительных
минут, прежде чем на пороге появилась взволнованная женщина.
— Это Настя, — прокричала она кому-то внутри, словно предупреждая о моем внезапном
появлении, но не спешила пригласить внутрь.
В груди шевельнулось нехорошее предчувствие.
— Можно мне войти? — довольно резко поинтересовалась я, с трудом сдерживая непонятно откуда
взявшееся волнение.
— Конечно, Настенька — спохватилась женщина, пропуская меня в коридор.
После ремонта я не была здесь еще ни разу, и теперь с интересом рассматривала современный
дизайн, странно дисгармонирующий с тем, к чему я успела привыкнуть.
Не успела составить какого-то законченного мнения, как мое внимание полностью поглотило
происходящее в гостиной.
Уткнувшись лицом в сложенные руки, за столом рыдала Катя. Над ней, недовольно поджав губы,
высился Виктор. Чуть поодаль, склонившись над чашкой остывшего чая, задумчиво теребил
скатерть Михаил Семенович.