Глава 1
Они сыпались и сыпались из конверта. Одна за другой. Как мне казалось — бесконечно. Фотографии, на которых мой муж был с другой.
Я брала их двумя пальцами, как мерзких пауков, осторожно, боясь ядовитых клыков, но они всё равно кусали. Отравляли своими токсинами кровь, заставляя мышцы сжиматься в судорогах, а дыхание срываться.
— Маргарита Романовна. — по привычке кометой ворвалась кабинет Катя. — Белецкий принял приглашение прийти на наш благотворительный вечер!
Я заторможенно перевела взгляд с фотографий на радостно сияющую помощницу. Тяжело сглотнула и с трудом натянула на лицо дежурную улыбку.
— Отличная новость, Катюш. Просто замечательная.
Это действительно была прекрасная новость. Влиятельный бизнесмен и меценат Белецкий был необходим нашему фонду как воздух. Мы долго пытались привлечь его к работе с нами. Но искренне радоваться я сейчас не могла.
— Скажи. — сведёнными судорогой пальцами, с трудом соскребла со столешницы конверт из плотной бумаги. — Откуда это здесь?
— Курьер утром принёс. — Катя тревожно нахмурилась. — Всё хорошо, Маргарита Романовна? Вы такая бледная.
— Всё нормально, Катюш. Просто не выспалась. Ты иди.
Меня медленно сковывал паралич. Сердце отказывалось биться, лёгкие качать воздух, и каждая клеточка тела неумолимо умирала.
У моего Кира нет любовницы. Он никогда не поступил бы так со мной. Мы женаты шестнадцать лет, и ни разу за все эти годы мой муж не давал мне поводов даже заподозрить его в неверности.
У нас же любовь. У нас семья, у нас Дашка!
И это не был фотомонтаж. И на фотографиях был мой муж. Это была его машина, его пальто, его седая прядка, идущая ото лба к левому виску, — семейная особенность рода Морозовых. И поцелуй не был дружеским.
Кир целовал её жарко, голодно, не видя никого вокруг. Его была рука на её затылке, пальцы запутались в иссиня-чёрных волосах, вторая прижимала её к широкой груди. К голубой рубашке, которую я привезла Киру из Италии.
Я закрыла глаза — невозможно это видеть. Моего Кира, целующего другую.
Кто она? Меня не отпускало ощущение, что я знаю эту женщину, где-то видела уже, но так давно, что успела забыть.
Растёрла ладонями лицо и со стоном закусила костяшки пальцев. Больно, как же больно.
Ещё сегодня утром Кир долго целовал меня перед выходом из дома. Говорил, что любит, а сам изменял мне. Как давно? Кто она?
Время до возвращения мужа домой тянулось мучительно медленно. И всё-таки его не хватило, чтобы я смогла понять, как мне себя вести при встрече ним. Поэтому, когда Кир перешагнул порог дома, я прямо в прихожей вместо привычного приветственного поцелуя, всхлипнула и прижала пальцы к дрожащим губам.