проходить совершенно иначе, поэтому я слегка волновалась. В многочисленных ящичках комода я нашла и косметику, и вату, и даже пластырь. Через час я уже стояла в платье перед зеркалом. Я себе очень нравилась: за время путешествия мои волосы отросли, и теперь высокий хвост с несколькими косичками – традиционная прическа в Предлесье – смотрелась совсем по-взрослому. Глаза я подвела карандашом и выделила ресницы тушью. Такой туши я тоже себе никогда не покупала, но видела, как ей пользовались мои одноклассницы, и теперь с интересом смотрела, насколько длинные у меня ресницы. В дверь постучали. – Вы там одеты? – послышался голос Сирена. – Заходи, – отозвался Арий, надевая пиджак поверх черной хлопковой рубашки. Зеленые вставки, казавшиеся лишними на первый взгляд, теперь оттеняли черноту рубашки. Сирен тоже переоделся, и я впервые увидела его в сидящем по фигуре костюме: темно-зеленый камзол и брюки в цвет. Он надел белую рубашку, что подчеркнуло красоту его светлых волос. – А у тебя хорошая фигура, – сделала я ему комплимент. – Да, я сам удивился, откуда это она у меня… – Странно, что нам предоставили разную одежду да еще и такого хорошего качества. – Может быть, это подтверждает, что мы все-таки не пленники, а гости, – заключил Сирен, садясь в мягкое кресло. – Отлично выглядишь, Пава, – воскликнул он. – Все будут любоваться тобой на ужине… – Если там будет кто-то кроме мэра, – ответила я, чтобы скрыть смущение. – Будут. Я думаю, что созовут всех советников, или как здесь называются чиновники, – сказал Арий. – Мы Крону зачем-то нужны. Я думаю, что нас попросят оказать какие-то услуги или выполнить поручение. Я не верю в любезность без выгоды, так не бывает. Стал бы мэр нас так обхаживать, если бы не видел в этом пользы. Он что-то планирует, и`мы стали для него нежданной удачей… – И это настораживает, – добавил Сирен. – Нам нужно выработать какой- то план: как реагировать, на что соглашаться, чего требовать взамен. – Да, нужно, только трудно что-либо придумывать, когда не знаешь, на что способна вторая сторона, – вздохнул Арий, поправляя рукава. – Остается импровизировать, – я встряла в разговор, – но надо понимать главное: нам нельзя разделяться во мнениях или плохо отзываться о Предлесье. И мы пришли в Предгорье, чтобы попробовать начать новую жизнь. – Или изменить обычай в Предлесье, но только мирным путем, – добавил Сирен. – В этом будут наши основные принципы. А остальное – на месте. – Хорошо, душа моя, – сказал Арий и обнял меня. Больше всего на свете я хотела