что я уже давно задолжала. *** Каким разноликим может быть молчание. Еще три часа назад оно объединяло нас. Сейчас же окутало лабиринтом, из которого я не видела выхода. Сирен сразу ушел к себе, а мы остались посередине номера. Арий молчал и смотрел в пол. — Пава, скажи, ты хочешь стать моей женой? — Да, — я ответила сразу же, как только прозвучало последнее слово, но он остановил меня взмахом руки. — Подожди, прошу. Ответь не то, что я хочу услышать, а то, что хочешь сказать. Он прав, во всем прав. Я на секунду перестала чувствовать свое тело от страха, что потеряю Ария именно сейчас, в такой тихий вечер в уютном номере. Все, как всегда, но мои слова сейчас все изменят. — Арий, не буду скрывать, я сомневалась в своих чувствах некоторое время. Его взгляд взлетает, как хлыст, готовый стегануть лошадь. Лучше терпеть физическую боль, чем то эмоциональное напряжение, что есть между нами. Дальше слова не идут, будто встречая препятствия. Я не могу пересилить себя и сказать правду, поэтому Арий помог мне, не выдержав затянувшейся паузы. — Может быть, ты уже жалеешь, что мы сбежали? — Арий совсем чуть-чуть повысил голос, но даже так казалось, что он кричит. — Может быть, нужно было пройти тот обряд и сразу понять, что ты меня не любишь? На последних словах голос Ария превратился в хрип, а я стояла и не могла даже слова сказать. Разум сопротивлялся тому, что говорил Арий, но он озвучил правду, что я сама давно поняла. Арий и сам знал, что повысил голос, поэтому отступил, сев на кровать. — Пава, я не считаю тебя изменщицей, если ты этого боишься. Во-первых, мы не прошли обряд. А во-вторых, у вас ведь ничего не было? На последнем вопросе его голос слегка меняет высоту, и я спешу его успокоить. — Нет, нет, Арий, я... — Не понимаю, почему ты не поговорила со мной? Он закрыл лицо руками. — Мы столько раз были вместе, мы занимались любовью, Пава, — срывается он. — Что ты чувствовала? Отвращение? Мечтала, чтобы это поскорее закончилось? От ужаса его слов я чуть не рухнула на пол. — Арий, я люблю тебя, просто я начала чувствовать странное. Я сама боюсь этих чувств. Я села рядом, не зная, могу ли я коснуться его хотя бы кончиком пальцев. — А сказать я просто не решалась, иногда не так просто сказать, чтобы не ранить. — Сегодня я был ранен без ножа, Пава, — прошептал Арий. — Я знаю. — Дело не в том, что он прикоснулся к тебе. В тот миг я увидел, как встретились ваши глаза. Если это что-то настоящее, то ты должна сказать мне об этом. Я не хочу отпускать тебя, но и неволить