— А теперь к делу. — Грэм удовлетворенно кивнул. — Сегодня, ваша честь, я докажу, что обвинения в некромантии, примененные к подзащитному, ошибочны, а сам он ни в чем не виновен.

Судья выпятил нижнюю челюсть и некоторое время сверлил адвоката взглядом, но тот только улыбался и делал вид, что все хорошо.

— Приступим! — наконец решил он. — Обвинение, вы готовы вызвать своего первого свидетеля?

— С радостью, ваша честь! — вновь вскочил со своего места Вольф. — Мой первый свидетель Грег Брексли, отец умершей девицы, чье тело Серый Кот собственноручно закопал на кладбище, а после был задержан стражей. Лопата, заступ и свитки с заклинаниями, изъятые у него во время задержания, также приобщены к делу, как группа улик под номером два.

— Грег Брексли приглашается для дачи показаний, — пискнул из своего пыльного угла секретарь, и в тот же момент от толпы сидящих отделился дородный мужик лет пятидесяти, в длинном сюртуке, брюках и смешном головном уборе, больше смахивающем на английский котелок.

— Грег Брексли! — снова вступил судья. — Обещаете ли вы говорить только правду, и ничего, кроме правды, в этом священном зале закона и порядка?

Грег Брексли согласно кивнул.

— Тогда говорите все без утайки.

— А что тут рассказывать? — замялся свидетель. — Дочка у меня умерла. Я горевал, жених ее, Майки Соут, тоже, а тут возьми да подвернись этот вот Серый Кот.

— Человек, который вам, как вы говорите, подвернулся, находится сейчас в этом зале? — с торжеством в голосе поинтересовался Вольф.

— Вон же он. — Брексли указал в мою сторону. — Сидит в оковах. Приятный такой парень показался. За услуги денег не брал. Пришел просто и предложил свое колдовство.

— А приносил ли с собой Кот магические приспособления и смердящие снадобья?

— Ну… — замялся мужик, в смущении переминаясь с ноги на ногу. Сразу было заметно, что чувствовал он тут себя не в своей тарелке. — Дурно не пахло, а свитки приносил. Лопата у него была своя, заступ. Сказал, чтоб обязательно мы их использовали, коли хотим с дочерью перемолвиться.

— Постойте, Брексли! — встрял в разговор защитник. — Вы сказали, что Серый Кот не просил для себя денег. Какую же благодарность он хотел за свой труд?

— Да, в сущности, никакой. — Брексли, будто провинившись в чем-то, развел руками. — Сказал, что пишет научный труд и просит моего разрешения упомянуть о дочери в своих бумагах.

— Маг читал заклинание над усопшей? — недовольный вмешательством адвоката, продолжил глава стражи.

— Читал, — признался безутешный отец.

— Вы общались с дочерью?

— Общался.

В зале вновь возбужденно заголосили, и судья с силой застучал молотком.