— А не было ли у него какой-либо приметы? — уточнил я. — Что-то что глаз царапнуло?
— Как же, сынок, было, — тут же спохватилась бабушка. — Щека у него такая рваная была. Вот тут справа.
— Щека рваная? — переспросил я.
— Ну да. Шрам такой. Рваный. Некрасивый. Но он его не стеснялся. Скорее вперед себя выпячивал.
— Бельский, — тут же опознал я. — Спасибо я. Не можем вас больше задерживать. До свидания. Мы к вам через несколько дней зайдем, чтобы снять показания.
— Сынок, а что-то случилось? — забеспокоилась бабушка.
— Будем надеяться, что ничего.
— Сергей натворил что-то. Он парень то хороший. Вежливый, добрый. Не мог он ничего натворить. Навет это.
— Да нет, бабушка. Он ничего не натворил. Он у нас просто как возможный свидетель проходит, — успокоил ее Рябинин.
Мы попрощались и вышли на улицу. Рябинин закурил. Мне почему-то тоже захотелось, но Тень тут же поднялся из глубин сознания и пообещал мне устроить сезон страшной головной боли, если я его снова на никотин подсажу.
— Ты сказал Бельский? — спросил Рябинин.
— У него щека рваная. Он к Сергею приходил.
— Интересно, куда они ушли?
— Это вообще без понятия.
— Похоже, надо ехать в отделение составлять фоторобот. А потом объявить Бельского в розыск, — сказал Рябинин.
— Нам ему предъявить нечего. Какой розыск? — я пытался сориентироваться, что делать, но никак не мог увидеть следующие шаги. — Может они пиво пошли пить.
— Негласный.
Похоже, Рябинин прав.
— Поехали, — согласился я. — Но сначала надо позвонить Наталье Степановне.
— Что мы ей скажем?
— Надо успокоить. Скажем к приятелю в гости пошел. Соседка сказала.
— Пошли. Здесь на углу автомат есть.
Я очень надеялся, что с Сергеем ничего не случилось и Бельский приехал к нему с дружеским визитом. Но как известно надежды умирают последними.
Глава 18
Предложение о составлении фоторобота показалось мне логичным. По моему описанию сделать изображение, разослать по сотрудникам милиции, чтобы напасть на след Бельского. Я ведь наивно предполагал, полагаясь на свой звездный опыт, что это дело быстрое. В моей реальности мозгоклюи подключили бы к голове источника изображения нужную аппаратуру, за пару мгновений скачали нужный портрет, после чего выгрузили бы его в компьютер, дополнили бы недостающие фрагменты, облагородили, сделали бы возможные версии изменений и отправили бы эту информацию по сети. Через пару минут у нас были бы точные координаты местонахождения объекта поиска, а также траектории его возможного маршрута. Но все это возможно было в моем мире, с его развитыми технологиями.
Я думал, что в советской реальности, это будет посложнее, но я не ожидал увидеть аппарат под названием ИКР от ВНИИ МВД СССР. ИКР расшифровывалось, как Идентификационный Комплект Рисунков и представлял из себя большой черный ящик, внутри которого находилось большое количество фотофрагментов мужских и женских лиц, также альбом-реестр с этими изображениями и небольшой проектор, на поверхности которого можно было комбинировать фрагменты лиц для получения нужного изображения. Работал с этим аппаратом специально обученный профессионал криминалист. В нашем случае милая девушка Дарья, с которой мы быстро нашли общий язык. Но не смотря на все взаимопонимание на составление портрета ушло несколько часов.