Я сел в машину, завел мотор и направился в Главк.

Амбаров был у себя. Я доложил ему обо всем, что мне удалось узнать. Он заинтересовался этими квартирными концертами и студенческими компаниями. Заявил, что нужно внедрить кого-нибудь в их среду и провести так сказать, разведку боем. Фамилия Рысина его заинтересовала, поскольку это была пока единственная фамилия в деле, за которую можно было зацепиться. Он позвонил куда-то и попросил найти ему Рысина Максима, назвал приблизительный возраст объекта поиска. После чего попросил меня подробно рассказать о поездке во Мглов.

Я рассказал о том, что мне удалось узнать во Мглове. Бегло поведал о разговорах с родственниками погибших. Удалось установить, что все погибшие были так или иначе знакомы друг с другом, поэтому все эти дела связаны друг с другом. Сомнений тут не оставалось. Потом я подробно рассказал о делах пятидесятилетней давности, которые были подозрительно похожи на наши. Амбаров тут же насторожился. Эта информация его очень заинтересовала. Он достал сигареты, вытащил одну, вставил в рот и закурил. Предложил мне. Я отказался.

— А вот с этого места поподробнее, — попросил он.

Но у меня не было никаких особых подробностей. Я рассказал все, что знал.

— Это очень интересно. Получается у нас убийца, который либо что-то знает об убийствах пятидесятилетней давности, либо он сам и есть тот убийца. Но правда это выглядит очень фантастично. Ему тогда уже глубоко за семьдесят должно быть. Убийца пенсионер. Конечно, все может быть. Но я сомневаюсь. Надо нам побольше узнать о преступлениях того времени. Что за парень этот Рябинин? Толковый? Может его к нам в подкрепление выписать?

Я сказал, что вызывать к нам Рябинина преждевременно. Все что он знал, он уже нам рассказал. А на месте во Мглове он нам может еще пригодится. Ведь все преступления ведут во Мглов. К тому же я не успел опросить несколько родственников и доехать до родной деревни Киндеева.

— Как думаешь эта версия имеет право на жизнь?

— С Киндеевым? Сомневаюсь. Ему не семьдесят, — ответил я.

— Тогда надо отработать убийства начала века. Сами мы по архивам с ума сойдем ходить. Нам нужен специалист. Есть у меня один на примете. Профессор историк-криминалист Федор Евгеньевич Тредиаковский. Друг нашей семьи. С моим отцом вместе работал. Я дам тебе его контакты, договоришься о встрече. Может это даст какую-то зацепку. Попробуем эти версии отработать.

Телефон на столе Амбарова зазвонил. Он поднял трубку, молча выслушал сообщение и положил ее на рычаги. Он с сочувствием посмотрел на меня и сказал: