— В безопасности, — она не смотрела мне в глаза. Она смотрела на монитор жизнеобеспечения. — Корабль совершил прыжок. Мы не знаем координат. Навигационные карты пусты. Это «слепой» сектор, Влад. Мы снова выпали за край известного космоса.

Я закрыл глаза. В мозгу вспыхнула картинка: взрыв, белый свет, удаляющаяся платформа. И фигура, стоящая на коленях в огне.

— Ани, — выдохнул я.

Я потянулся мыслью туда, где раньше ощущал её присутствие. Я привык к этому за последние дни. Привык чувствовать её страх, её решимость, её тепло. Это было как вторая линия пульса.

Там было пусто.

— Она осталась там.

Лиандра замерла. Она медленно опустила сканер и посмотрела на меня. В её зелёных глазах стояли слезы, которые она, как истинный учёный, отказывалась проливать.

— Мы не могли вернуться, — тихо произнесла она. — Взрыв уничтожил платформу. Сенсоры не зафиксировали жизненных показателей. Там только…

— Не ври мне! — я рывком сел на кушетке.

Голова закружилась, мир накренился, но я удержал равновесие. Ярость, горячая и чёрная, хлынула в вены, выжигая слабость.

— Я видел! — прорычал я, сжимая кулаки. Левая рука, покрытая чёрным хитином, скрипнула, выпуская когти. — Валериус выжила! Если выжила она, значит, могла выжить и Ани!

— Влад, лежи! — Лиандра попыталась удержать меня за плечи, но я отшвырнул её руки.

— Мне нужно на мостик! Разворачивайте эту чёртову посудину! Мы летим назад!

Я спрыгнул на пол. Ноги подогнулись, словно были сделаны из ваты. Я бы рухнул лицом вниз, если бы меня не подхватили чьи-то сильные, грубые руки.

— Тпру, жеребец! Куда собрался?

Семён Аркадьевич. Он держал меня крепко, как клещами. Рядом стояла Кира с красными от слёз глазами.

— Пусти, Семён! — я рвался из его захвата, но тело не слушалось. — Мы бросили её! Мы, сука, бросили её там одну!

— Мы спаслись! — рявкнул капитан мне в лицо. Он встряхнул меня так, что клацнули зубы. — Она спасла нас! Ты хочешь плюнуть на её жертву и сдохнуть просто так?

— Я хочу убить их всех! — заорал я.

Крик вырвался из горла, переходя в вой. И в этот момент корабль ответил мне.

Стены дрогнули. По переборкам прошёл низкий, утробный гул. Корабль скулил. Он чувствовал мою боль, резонировал с ней. Свет в отсеке мигнул и сменился на багровый.

— Он чувствует тебя, — прошептала Кира, с ужасом глядя на потолок, который начал покрываться испариной. — Влад, успокойся. Ты сводишь корабль с ума. Если ты продолжишь, мы просто развалимся здесь, посреди нигде.

Я обмяк в руках капитана. Силы ушли так же внезапно, как и появились.

Мы живы. Мы сбежали. Но цена… Цена была такой, что лучше бы мы сдохли в том ангаре.