Надо мной нависал Старец. Его слепые глаза были широко распахнуты, а на лице играла зловещая ухмылка.

— Куда собрался, путник? — проскрежетал он. — Ты только вошёл в дверь.

— Хватит! — прохрипел я, пытаясь оттолкнуть его посох. — Я всё видел! Я умирал три раза! Этого достаточно!

— Смерть — это не конец, — Зул наклонился ниже. Его дыхание пахло землёй. — Это только начало разговора. Твоя Тень ещё не закончила с тобой играть. Ты всё ещё боишься. Ты всё ещё надеешься, что кто-то придёт и спасёт тебя.

Он поднял посох. Кристалл на навершии вспыхнул ослепительным светом.

— Никто не придёт, Влад Волков. В этой комнате есть только ты. И Он.

— Нет… — простонал я, чувствуя, как реальность снова начинает трещать по швам.

— Смотри глубже! — гаркнул Старец и ударил посохом мне в лоб.

Пол под мной исчез. Я снова полетел в бездну, и смех Вазара эхом отражался от стен моего собственного черепа.

— Ещё разок, партнёр? — шепнул голос в голове. — На этот раз попробуем с бензопилой. Тебе понравится.

* * *

Я сбился со счёта где-то на восемьдесят пятом цикле. Или на сотом. В этом аду времени не существовало — была только бесконечная, зацикленная мясорубка.

Мы находились в Тронном зале. Не в том, настоящем, сияющем золотом и величием Империи, который я видел в новостях. Это были руины. Огромные колонны из чёрного мрамора были сломаны, как спички. Потолок обрушился, открывая вид на пылающее, мёртвое небо, затянутое пеплом. Трон, высеченный из цельного куска обсидиана, стоял пустым и расколотым надвое.

Символично. Моя голова — это и есть эти руины.

— Вставай, — голос Вазара эхом прокатился по залу.

Я сплюнул густую, вязкую кровь на разбитые плиты пола. Моё тело ныло так, словно меня переехал гусеничный танк. Правая рука висела плетью, рёбра горели огнём при каждом вдохе.

Поднял глаза.

Он стоял в десяти метрах от меня. На лице — ни капли пота, ни царапины. Он даже не запыхался. В правой руке он держал офицерскую саблю из вороненой стали — архаичное, но смертоносное оружие, которое он любил больше бластеров.

— Ты жалок, Влад, — он сделал изящный шаг вперёд, рассекая воздух клинком. — Ты пытаешься победить меня моим же оружием, но у тебя кишка тонка. Ты боишься причинить боль. Боишься убить. А здесь, — он обвёл рукой разрушенный зал, — жалость — это яд.

Я с кряхтением поднялся, опираясь на обломок колонны. Мой собственный клинок — какая-то ржавая железка, которую подсунуло мне подсознание, — дрожал в руке.

— Я не боюсь, — прохрипел я. — Я просто… разминаюсь.

Вазар рассмеялся.

— Разминаешься? Ты умирал здесь уже сотню раз. Я вспарывал тебе живот, отрубал голову, сжигал заживо. И каждый раз ты возвращаешься таким же слабым. Ты — ошибка, Влад. Сбой программы. Отдай мне контроль. Просто ляг и умри окончательно. Я наведу порядок. Я спасу твоих драгоценных друзей.