Но я не чувствовал себя одиноким. Наоборот. Я чувствовал себя… целым.

Открыл глаза.

Пещера изменилась. Или изменился я? Кристаллы больше не казались хаотичным нагромождением камней. Теперь я видел структуру их решётки, чувствовал, как преломляется свет, ощущал вибрацию каждого атома в воздухе. Мир стал чётче, резче, словно кто-то протёр запотевшее стекло и выкрутил контрастность на максимум.

Я медленно поднялся с колен. Тело не болело. Усталость, терзавшая меня последние несколько суток, исчезла, сменившись гулом скрытой энергии.

Я посмотрел на свою левую руку.

Она была спокойна. Чёрная, матовая кожа, похожая на перчатку, больше не пульсировала и не пыталась превратиться в лезвие. Она просто была частью меня.

— Двое вошли в лабиринт, — проскрежетал голос Старца.

Я повернул голову. Зул стоял у края площадки, опираясь на свой посох. Его слепые глаза, затянутые бельмами, смотрели прямо на меня. Нет, сквозь меня.

— А вышел один? — спросил я. Мой голос изменился. Он стал ниже, спокойнее. В нём исчезли нотки вечного сомнения, которые так бесили Вазара.

— Вышел не один, — покачал головой Старец. Уголки его сухих губ дрогнули в подобии улыбки. — Вышел сплав. Сталь и плоть. Лёд и пламя. Ты пахнешь иначе, Влад Волков. Ты больше не пахнешь страхом. Теперь от тебя пахнет… неизбежностью.

— Мы договорились, — просто ответил я, сжимая и разжимая левый кулак. — Он больше не пассажир. Он — второй пилот.

— Второй пилот, говоришь? — хмыкнул Зул. — Смотри, чтобы он не перехватил штурвал, когда ты уснёшь.

Внезапно пол под ногами содрогнулся. Кристаллы жалобно зазвенели, и с потолка посыпалась каменная крошка. Где-то в глубине, в той самой бездне, куда мы спускались, раздался глухой, утробный рокот.

— Влад! — голос Лиандры в наушнике буквально взорвался паникой. — Ты меня слышишь? Твои показатели… они зашкаливают! У тебя пульс сорок ударов в минуту, но активность мозга такая, будто ты решаешь уравнения навигации для всего флота одновременно!

— Я в порядке, Док, — ответил я. — Спокоен как удав. Что у вас?

— У нас тут ад! — вмешалась Ани. — Сейсмическая активность растёт по экспоненте. Твой ментальный «фокус» разбудил вулкан. Лава поднимается. Нам нужно уходить, сейчас же! Пещера схлопнется через пять минут!

Я кивнул сам себе. Информация обрабатывалась мгновенно. Сейсмические волны, геометрия пещеры, скорость подъёма магмы… Я знал, что у нас есть не пять минут, а четыре минуты и тридцать две секунды до того, как выход завалит.

— Уходим, — бросил я Старцу.

Зул не двигался. Он стоял, подняв голову к своду пещеры, словно прислушиваясь к чему-то, чего я пока не слышал.