— Так и есть, Санёк, — сказал дед Женя. — Портреты. С цифрами…
Дед Женя не договорил: в прихожей у меня за спиной дважды щёлкнул замок.
Евгений Викторович вздрогнул, воровато посмотрел поверх моего плеча. Затем он резко склонился над столом, поспешно сгрёб разложенные на столешнице фотографии в кучу и сунул их в чёрный конверт.
У меня за спиной распахнулась дверь — явился из школы мой младший брат Ромка.
Глава 3
— Дед, я дома! — звонким голосом сообщил Ромка. — В пятнадцать часов обед.
Евгений Викторович спрятал конверт с фотографиями под стол.
Громко ответил:
— Обед по расписанию! Сегодня щи и жареная картошка.
Я вскочил со стула и поспешил навстречу к младшему брату.
Ромка поставил на полку рядом с вешалкой школьный портфель, снял полуботинки. При своём росте (метр и шестьдесят сантиметров) он не походил на ученика четвёртого класса — выглядел старшеклассником. За минувшие со времён первого сентября дни его волосы отросли и топорщились теперь в стороны, точно иглы ежа. Узел пионерского галстука чуть сместился в сторону. Серый однобортный пиджак застёгнут лишь на верхнюю пуговицу. Ромка услышал мои шаги (я понял это, потому что он улыбнулся), но не поднял на меня взгляд. Он редко смотрел людям в глаза (даже деду и родителям).
— Привет, медвежонок! — сказал я.
Сграбастал Ромку в объятия — тот потёрся щекой о мою грудь.
Ромка не любил, когда его обнимали — позволял такое только маме и мне.
— Привет, Саша, — сказал мой брат. — Я не медвежонок. Я — Рома.
Я взъерошил брату причёску (взъерошенную до меня ветром).
— Как дела в школе, медвежонок?
Ромка дёрнул головой, словно всё же решился заглянуть мне в лицо. Поднял взгляд лишь до моего подбородка.
— Всё хорошо, — сказал он. — Всё по расписанию.
Я сощурил глаза и спросил:
— Сколько двоек сегодня получил?
Ромка высвободился из моих объятий, покачал головой.
— Я не получаю двойки, — сообщил он. — Сегодня получил пятёрку. По русскому языку. Было несложно.
Мой младший брат надел домашние тапки (он не стаптывал на них задники), взял в руку портфель.
— Всё по расписанию, — повторил он. — В четырнадцать часов я сделаю домашнее задание по русскому языку и по математике. В пятнадцать часов обед. К семнадцати часам мне на музыку. Сейчас я буду читать и рисовать.
Следом за Ромкой я прошёл в меньшую из комнат (в Ромкину). Мебели там было немного: письменный стол около окна, шкаф, книжные полки, металлическая кровать с провисшими пружинами, деревянный стул и бордовое кресло (такое же стояло и в комнате деда Жени). Я уселся в кресло; проследил за тем, как Ромка переоделся. Мой младший брат сделал всё чётко, словно запрограммированный автомат: повесил рубашку и пиджак в шкаф, аккуратно уложил на полку пионерский галстук, натянул синие шорты. В мою сторону Ромка почти не смотрел. Словно кресло пустовало.