— … Вот как-то так, дед, — завершил я свой краткий рассказ.
Дед Женя в очередной раз хмыкнул и заявил:
— Да, уж. Хорошего мало. Не таким я представлял будущее.
Евгений Викторович взял в руку чашку. Заметил, что та пуста — снова нахмурился и стукнул чашкой по столешнице (звякнула в чашке ложка). Дед Женя потёр подбородок, задумчиво посмотрел поверх моей головы.
— Точно таким же будущее уже не будет, — сказал я. — Уж точно: не для нашей семьи. Ромка в Тольятти не поедет. Даже если ты… мы с ним останемся тут вдвоём. Это я тебе, дед, гарантирую.
Евгений Викторович решительно тряхнул головой и сказал:
— Таким не будет.
Он опёрся ладонями о столешницу. Стол пошатнулся под его немалым весом, натужно скрипнул. Дед Женя встал на ноги. Привычным движением рук заправил белую майку в синие тренировочные штаны. Я улыбнулся. Отметил, что в той, в прошлой жизни, после шестидесяти лет я сутулился вот точно так же, как и дед Женя сейчас. Дед словно услышал мои слова: выпрямил спину, расправил плечи. Ростом он был чуть пониже меня: примерно метр и девяносто сантиметром. Да и в плечах поуже. Но всё равно выглядел здоровяком даже в свои шестьдесят шесть лет. Евгений Викторович задел моё лицо взглядом (он по-прежнему хмурился). Шаркнул тапками по полу — направился в прихожую. Я уделил внимание остывшему чаю: сладкому — сейчас я не сидел на диете, да и с сахаром у меня в крови было всё в порядке. Услышал, как дед остановился в прихожей и покрутил диск на телефонном аппарате.
«Неужто скорую мне вызовет? — подумал я. — Лечить от белой горячки будут?»
Я обернулся.
Увидел стоявшего спиной ко мне деда.
Евгений Викторович поднёс телефонную трубку к голове, громко и чётко произнёс:
— Пророк проснулся. Жду.
Глава 2
Дед Женя почти беззвучно опустил телефонную трубку на рычаг. Развернулся на месте — под ногами у него скрипнул паркет. Дед направился в одну из комнат. Я услышал шарканье его шагов. Шаги стихли. Скрипнули дверные петли шкафа — в комнате деда. В кухне будто бы притушили свет: солнце за окном снова очутилось за тучей. Я опустил на стол чашку, мысленно повторил слова деда Жени: «Пророк проснулся. Жду». На вызов санитаров из психоневрологического диспансера дедов короткий монолог не походил. Не прозвучал он и как вызов скорой помощи, милиции или пожарных. Сердце в моей груди забилось чаще, словно дедов звонок меня встревожил. Я вновь услышал скрип паркета и шарканье шагов.
Дед появился из-за поворота. Он нёс в руке пухлый чёрный конверт от фотобумаги. Дед прошагал мимо меня к своему месту около окна. Уселся на табурет и посмотрел мне в лицо.