— Лучше чем когда-либо! — граф отправил в рот кусок омлета с трюфелями. — Знаете, после того, что вы сделали, я словно заново родился. Силы появились невероятные! Сплю по пять часов и высыпаюсь! Аппетит как у молодого волка!

— Это нормальная реакция организма после успешного удаления макроаденомы, — пояснил я. — Опухоль давила на гипофиз, нарушая гормональный баланс. Теперь, когда она удалена и вы прошли мою восстановительную терапию, эндокринная система работает на полную мощность. Но будьте осторожны — не перегружайте себя.

— Папа вчера весь день как мальчишка бегал! — вмешалась Аглая, намазывая масло на булочку. — Сначала верховая езда, потом фехтование, потом еще и в тир пошел!

— Десять лет не садился в седло из-за головных болей, а тут вдруг захотелось! — оправдывался граф. — И знаете что? Проскакал два часа без передышки! Никакого головокружения!

— Осторожнее с физическими нагрузками, — предупредил я. — После краниотомии прошло всего несколько недель. Костная ткань еще не полностью срослась, внутричерепное давление может колебаться. Резкие движения, тряска при верховой езде — все это риск. Постепенность — вот ключ к безопасному восстановлению.

— Слушаюсь, доктор! — граф поднял чашку с чаем в шутливом тосте. — Ваше слово для меня закон! Вы вернули мне жизнь, и я ваш вечный должник!

Интересная динамика. Граф Ливенталь — человек, привыкший ворочать миллионами, и при этом подчиняется моим медицинским указаниям, как прилежный школьник.

Значит, действительно ценит то, что я сделал. Или боится повторения ситуации. Скорее второе — аристократы патологически трусливы, когда дело касается их драгоценного здоровья. Смерть от болезни — это унизительно.

— Кстати, о здоровье, — продолжил граф. — Аглая тоже чувствует себя превосходно! Расскажи Святославу, дорогая!

— Папа, это неловко… — замялась девушка.

— Что неловкого? Доктор должен знать о состоянии пациентки!

Аглая покраснела, но заговорила:

— Я чувствую себя… необычно. Как будто все чувства обострились. Вижу лучше, слышу четче. И сила появилась — вчера случайно дверную ручку оторвала, просто дернула сильнее обычного.

Предсказуемо. После отделения звериной сущности человеческое тело получило всю энергию целиком. Раньше она распределялась между двумя натурами, теперь — только одной. Эффект продлится месяц-два, потом стабилизируется.

— Это нормально, — успокоил я. — Временное усиление физических параметров. Ваш организм адаптируется к новому состоянию. Через пару месяцев все нормализуется.

Мы поболтали минут пятнадцать. Граф рассказывал про зимний сезон — балы, приёмы, охоту в подмосковном имении. Аглая говорила, что хочет поступить в университет на медицинский факультет.