Ленка удивлённо подняла бровь.
— Ты? Поможешь?
— А что такого? — он пожал плечами. — У нас ресурсы есть. А ты для Алисы много сделала. Значит, и для меня тоже.
— Ничего себе, — протянула Ленка. — Северов, ты меня пугаешь. Ты прямо человеком стал.
— Стараюсь, — усмехнулся он.
Я смотрела на них и чувствовала тепло в груди. Два моих самых близких человека (ну, почти) нашли общий язык.
После ужина Гордей ушёл к Мише — укладывать. Я слышала, как он напевал ту самую колыбельную.
— Алиса, — сказала Ленка. — Ты только посмотри. Он поёт.
— Знаю. Каждую ночь.
— А он… правда любит?
— Говорит, что да. И я… я начинаю верить.
Ленка вздохнула.
— Ладно. Я завтра уезжаю. Но если что — звони. Я прилечу.
— Спасибо, Лен. Ты лучшая.
— Знаю, — улыбнулась она. — Ну, пойду я. Дима ждёт в хостеле. Вызываю такси.
* * *
Я лежала в кровати, смотрела в потолок. Он лёг рядом.
— Всё хорошо? — спросил он.
— Да. Ленка сказала, что ты изменился.
— А ты что думаешь?
Я повернулась к нему.
— Думаю, что да. И это… это приятно.
Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что веришь. Понемногу.
Я прижалась к нему.
— Спокойной ночи, Гордей.
— Спокойной ночи, жена.
Мы уснули. Вдвоём. В тепле. В надежде.
Глава 38 Первая близость
Алиса. Месяц спустя. Конец октября.
За окном лил дождь. Октябрь в этом году выдался холодным и сырым, но в доме было тепло и уютно. Миша спал в своей кроватке, наевшись и довольно посасывая во сне пустышку.
Я сидела в кресле с книгой, но не читала. Смотрела на огонь в камине и думала.
Месяц мы жили вместе. Месяц Гордей спал рядом, обнимал меня по ночам, но не настаивал ни на чём. Он ждал. Терпеливо, молчаливо, но ждал.
И я чувствовала, как тает последний лёд.
Он вошёл в комнату тихо, чтобы не разбудить Мишу. В домашних штанах и футболке, с мокрыми после душа волосами. Подошёл к кроватке, поправил одеяльце, постоял, глядя на сына.
— Красивый, — сказал он тихо. — Вылитый ты.
— Ты так каждый вечер говоришь, — улыбнулась я.
— Потому что это правда.
Он подошёл ко мне, сел на подлокотник кресла. Я чувствовала его тепло, запах геля для душа — свежий, чистый, родной уже.
— Алис, — сказал он негромко. — Я хочу поговорить.
— Я слушаю.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
— Я знаю, что ты боишься. Знаю, что тебе нужно время. И я готов ждать. Сколько угодно. — Он взял меня за руку. — Но я больше не могу притворяться, что мне достаточно просто лежать рядом. Я хочу тебя. Всю. Не только как мать моего сына, не только как жену по документам. А как женщину.
Я замерла. Сердце забилось чаще.
— Гордей…
— Я не тороплю, — быстро сказал он. — Я просто говорю, что чувствую. Если ты не готова — я отступлю. Буду ждать ещё месяц, два, год. Но если ты хоть немного готова… дай мне знак.