— Слушаю вас, молодой человек, — окликнул меня доктор, вырывая из детских воспоминаний.

А я стоял и не мог отвести взгляд от мамы, которая уходила вместе со мной маленьким легкой походкой, о чем-то весело болтая и хохоча.

— Алевтина Ивановна счастлива в браке, — раздался ироничный голос доктора дяди Коли. — Так что вы хотели, молодые люди?

Блохинцев повторил вопрос, обнаружив Федора, который все это время молча стоял в стороне. И шагнул ближе, как только моя мама ушла.

— Мы… — я вспыхнул от слов доктора и внезапно растерял всю свою уверенность.

А и правда, с чего я решил, что доктор Блохинцев выслушает и уж тем более согласится помочь двум неизвестным, которые пристали к нему на улице? Потому что в моих детских воспоминаниях он был эдаким волшебником? Потом что так утверждал отец? В детстве дети по-другому оценивают знакомых взрослых. Откуда я могу знать, каким на самом деле был доктор Николай Николаевич Блохинцев — известный всесоюзный врач-онколог… Бескорыстно или за деньги он помогал больным?

Но боржоми пить было поздно, оставалось только одно — прыгнуть с вышки, и будь что будет. Сделать и пожалеть всегда лучше, чем не сделать и сожалеть. Так учил отец. И я ему верил. Вся моя жизнь — поступки, о которых не жалею. Я собрался уже озвучить нашу просьбу, но Федор меня опередил:

— Послушайте…

— Добрый день, молодой человек, — Блохинцев перевел взгляд на Федора.

— Здравствуйте… Вы… Вы и правда доктор Блохинцев? Тот самый? Онколог⁈

— Не уверен, что тот самый, — улыбнулся Николай Николаевич. — Но да, по паспорту я — Блохинцев, по образованию и профессии — доктор, и специализация моя — онкология. С кем имею честь?..

— Федор Иванович Рыжов, — отчего-то вытягиваясь в струнку, звонко отрапортовал парень. — Это… правда, что вы директор института онкологии?

— Нет, это неправда.

Услышав эти слова, Федор побледнел и потерялся в пространстве. Я растерянно моргнул, пытаясь осознать услышанное. Подвела память? Или это я сам нафантазировал и подвел семейство Рыжовых под свои фантазии? И как теперь быть?

Федор сжал кулаки и закусил губу, пытаясь прийти в себя. Я глупо таращился на доктора и не знал, что сказать потерянному парню.

— Я, так сказать, директор онкологического научного центра советской академии медицинских наук. Это несколько другое, если быть совсем точным.

Черт! Не знал, что доктор такой педант в формулировках. Да и откуда? В детстве я вряд ли даже слово такое знал.

Не сговариваясь, мы с Федром одновременно выдохнули и стали походить на утопающих, которых спасли в последний момент. Лично у меня словно гора с плеч упала. А Федор… Федор как-то вдруг съежился и закрыл лицо. Плечи его дрогнули, и парень вдруг… заплакал?