Евдокия залилась краской, чуть помедлила, но потом все же отняла руку, вздохнула мечтательно и тут же заругалась:

— Ну, все, иди отсюда, охальник! Вон Вовка-шпиц чешет, выручку несет. Увидит — позора не оберусь! Иди, иди, завтра, все завтра! Узнаю я тебе все!

Я послал воздушный поцелуй раскрасневшейся женщине и двинул на дамбы. Странная она все-таки, эта Дуся-Дульсинея-Евдокия. Есть в ней что-то неправильное, не вписывающееся в образ обычной советской продавщицы. Хотя, если посудить, как она строит пляжных, обычной ее точно не назовешь.

Набережная жила своей привычной жизнью. За парапетом пляж, заваленный телами. Загорелые девушки, водные велосипеды, катер, тянущий за собой на веревке парня на лыжах. Все это было в моем счастливом детстве. И все это есть сейчас где-то там, на другом конце города, на втором этаже панельного дома, в двухкомнатной квартире под номером тридцать шесть по улице Седина…

Так хочется и так не хочется возвращаться во двор своего детства в этом теле, спустя полсотни прожитых лет. А придется. Если доктор, который лечит Елену Ивановну Рыжову, окажется мошенником, буду поднимать старые связи, так сказать. Хотя какие связи у шестилетнего пацана?

Сосед у нас жил на первом этаже. Жил один в трехкомнатной квартире. Точнее, приезжал в отпуск к матери. Ходили к нему солидные люди, соседи тоже захаживали. Всех консультировал, никому не отказывал. Весь дом обращался к нему уважительно «доктор» или «Николай Николаевич». Много позже я узнал, кем он был. А в те года бегал к нему по-соседски, рассматривал красивые глянцевые книги с растениями и животными. Полина Федоровна, мама доктора, кормила меня ватрушками и иногда присматривала, когда бабушка уезжала в деревню к родным.

— О, Леха, здорово! — кто-то несильно стукнул меня по плечу со спины. — Ты куда пропал?

Я оглянулся. Признал знакомца, вместе с которым вчера ходили в рейд. Длинный, худой, дерганый, его было трудно не запомнить. На месте просто не стоял, все время в движении, будто куда-то бесконечно бежит. Пытался вспомнить, как зовут, не удалось. Понадеялся, сам проболтается. Напрямую у парня интересоваться именем не стал. Мало ли, вдруг знакомы не первый день. С другой стороны, память студента никак не отреагировала. Вполне может быть, это уже мои собственные новые знакомства в новом старом мире.

— Зря ты с нами гулять не пошел после дежурства. Мы с такими девчонками познакомились! Портвешка раздобыли, звезды посчитали. Сегодня на танцы собираемся. Пойдешь?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Во сколько и куда?