— Такие формы жизни редкость сами по себе, — сказала Ксения, то ли соглашаясь, то ли просто констатируя факт.

— Организм симбионта совершенно чужд нам, — кивнул Горчаков. — Доктор Соколовский впервые получил возможность его изучить. Ксения, симбионты — углеродно-кремниевая форма жизни.

В рубке повисла тишина. И не только в рубке, разговор транслировался по всему кораблю.

— Знаю, — сказала Ксения.

— Они не могли развиться в одном и том же мире, — пояснил Горчаков. — И уж тем более взаимодействовать на таком уровне. Гуманоиды Феол и их симбионты были искусственно изменены. Так?

— Вы правы, командир, — сказала Ксения. — Культура Феол создана искусственно. Как и множество других видов, включая Ауран, Халл...

— В галактике вообще есть кто-то разумный, кроме изменённых людей? — спросил Валентин.

— Конечно же! — резко ответила Ксения. — Орнитоиды Дисс-три... вообще большинство разумных орнитоидных видов. Более половины цивилизаций не имеют никакого отношения к основной белковой линии.

— Зачем? — спросил Горчаков. — Зачем вы заселили космос видоизменёнными людьми?

— Это не мы! — Ксения протестующе замотала головой. — Когда первая версия человечества, которую Ракс предали и уничтожили, добралась до звёзд — так уже было. Люди изначальной реальности сразу поняли, что галактика упрощена!

— То есть? — Вот этого Горчаков не ожидал.

— Вы не задумывались о том, что большинство населённых планет имеет всего один крупный материк? Что их биосфера по сравнению с земной чудовищна бедна? На Соргосе есть всего четыре вида крупных хищных созданий, два из которых уже практически уничтожены, один главенствующий разумный вид, двенадцать грызунов, семнадцать видов птиц...

— Биосфера Земли избыточна, — донёсся из динамиков голос Соколовского.

— Нет! — резко ответила Ксения. — Как раз наоборот. Биосфера имеет множество линий для того, чтобы обеспечить выживание и развитие. Построить работающую биосферу на минимуме видов чрезвычайно сложно. Для её жизнеспособности требуется многоуровневое моделирование естественных процессов.

— Так кто же это сделал?

— Кто-то до нас. И до человечества, которое нас создало. Мы откатили историю человечества до конца двадцатого века, наши возможности не позволяли большего. Именно поэтому в истории людей так много войн и боли. Но в то время уже существовали все известные вам цивилизации, и они уже по несколько раз подавлялись извне.

— Стирателями... — пробормотал Валентин. — Ну так раз Стиратели — люди, так это их рук дело?

— Люди не выходили в космос до двадцатого века. Не было никаких более древних человеческих культур, которые вышли бы в космос, заселили планеты видоизменённой земной биосферой и потом принялись раз за разом провоцировать в них войны и катастрофы.