Ну конечно.

Я чуть не прослезился.

Видимо, удача решила, что мне вредно привыкать к ощущению богатства даже на четверть часа.

Я заплатил без торга. Старик не был похож на человека, который уступает цену. Скорее на того, кто скорее умрёт, чем сделает безграмотному новичку приятно.

Книгу я взял обеими руками, как вещь действительно ценную, и только выйдя наружу, позволил себе улыбнуться.

Для других учеников это, наверное, был просто полезный справочник для рынка: понять, что за трава перед тобой, и не продешевить.

Но у меня был другой план.

Если секта полна духовных ингредиентов, а я живу на самой окраине, где никому нет до меня дела, вопрос уже не в том, как красиво торговать на рынке. Вопрос в том, что именно здесь можно добыть самому.

Этим же вечером я вышел на охоту.

По книге я уже успел найти нужную запись, а потом дополнительно расспросил торговцев, делая вид, что интересуюсь рынком, а не возможностью провернуть что-нибудь сомнительное.

Один из старейшин, Чэнь Гуан с пика Белых Скал, держал на южной окраине сектантского города хозяйство с духовной птицей. Не с мифическими фениксами, конечно, а с обычными на вид курами, которых специально выращивали на духовном корме. Их мясо, если верить справочнику, на ранних стадиях культивации хорошо насыщало тело мягкой Ци и помогало новичкам легче входить в состояние восприятия энергии.

Звучало прекрасно.

Проблема была в том, что «хозяйство старейшины» — это именно то место, куда нормальный человек не полез бы даже смотреть.

Я тоже не был настолько туп. Лезть внутрь владений — самоубийство.

Но куры — это просто куры. Пусть даже духовные. Особого ума у них нет. Великой преданности хозяину — тоже. А если рядом с границей загона окажется жирный червяк, птица, скорее всего, выберет червяка, а не верность высоким идеалам.

Так что я взял удочку, сделал тонкую удавку из прочной бечёвки, накопал червей и отправился к дальнему участку, где, по слухам, гуляли молодые птицы.

Место я нашёл не сразу, но когда нашёл, понял: расчёт был верным.

Загон тянулся далеко, и не везде его охраняли одинаково внимательно. На одном краю, где лес почти подступал к ограде, было тихо. Слышалось только ленивое кудахтанье да шорох травы.

Я залёг в кустах. Насадил червяка. Осторожно закинул его так, чтобы приманка упала рядом с оградой, но с внешней стороны.

И стал ждать.

Минуты тянулись медленно.

Потом одна курица — белая, с красноватым гребнем и подозрительно умным взглядом — подошла ближе. Повернула голову. Посмотрела на червяка. На мир. Снова на червяка.

И, как я рассчитывал, разум победил.