— Его зовут Фан Цзюнь, — продолжила она. — Я знаю, о ком ты говоришь. Он личный ученик старейшины Чэнь. В ближайшие месяцы, вероятно, станет внутренним учеником.

Вот теперь всё стало ещё хуже.

Личный ученик старейшины. Иными словами, человек, которого никто не станет трогать из-за такого, как я.

Старейшина Чэнь, значит. Мало я у него куриц украл. Надо было весь курятник подчистить.

— Старейшина, — осторожно сказал я, — Этот младший понимает, что просит многого. Но могу ли я получить ваше покровительство?

Она посмотрела на меня без малейшего удивления. Словно ждала именно этого вопроса.

— Нет.

Сердце неприятно ухнуло вниз.

Старейшина чуть приподняла пальцы, не давая мне заговорить.

— Я не могу вмешаться напрямую. Если начну открыто забирать к себе каждого слугу, у которого возникли проблемы, мне легче взять под покровительство сразу всех слабых учеников секты.

Логично. И от этого особенно скверно.

Я сжал колени под столом, чтобы не выдать разочарование, и заставил голос звучать ровно:

— Тогда этот младший просит хотя бы совета.

Она несколько мгновений молча изучала меня. Потом вдруг спросила:

— Ты разбираешься в растениях?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я не сразу ответил.

— Да, — сказал я после короткой паузы. — Немного. До вступления в секту собирал травы. Ещё у меня есть небольшой огород в лесу. Я умею отличать обычные и часть лечебных растений, знаю, как пересаживать, следить за влагой, почвой, тенью. Не как настоящий мастер, но…

— Хватит.

В её глазах впервые за весь разговор мелькнуло что-то похожее на интерес.

— Как звали старика, который тебя учил?

— Чжоу Дэ.

Она кивнула. Судя по лицу, имя ей ничего не сказало, но ответ она запомнила.

— У меня есть боковой сад на пике Весенних Трав, — произнесла она. — Там выращивают часть обычных и часть духовных растений низкого ранга. Прежний смотрящий недавно был переведён на другое место.

Она чуть осеклась, и я сразу решил, что судьба прежнего смотрящего вряд ли была завидной.

— Если ты действительно разбираешься в растениях, — продолжила старейшина, — Я могу назначить тебя туда.

Сердце ударило так сильно, что это, наверное, должно было стать слышно даже за дверью.

Если я буду работать на неё, Фан Цзюнь сможет ненавидеть меня сколько угодно, но просто подойти и свернуть мне шею уже не посмеет. По крайней мере, без риска задеть имя старейшины.

Я склонил голову слишком быстро и едва не сделал это невежливо.

— Этот младший согласен.

— Не торопись, — спокойно сказала она. — Работа непростая. Если загубишь растения, будешь наказан. Если соврал о своих навыках — пожалеешь ещё сильнее.