И вдруг…

Тишину улицы разорвал вой сирены.

Громко до боли в ушах. Словно я стоял рядом с громкоговорителем системы городского оповещения воздушной тревоги.

Стезевик дёрнулся, но взгляда от меня не отвёл.

Звук переходил из ноты в ноту, образуя тревожные завывания. А потом раздался голос.

«Внимание! Всем жителям! Опасность прорыва периметра! Всем немедленно укрыться в домах, запереть двери и окна! Всем свободным стезевикам явиться к месту вероятного прорыва — вратам северной заставы!»

Я видел, как дрогнуло лицо стезевика, как он едва заметно улыбнулся. Я только сейчас увидел длинный, тонкий шрам на правой щеке. От самого уголка губ до края глаза. Белая, чуть неровная ниточка. Давний, но явно боевой.

— Рекомендую вам укрыться, сударыня, — произнёс стезевик, обращаясь к женщине, но не сводя с меня взгляда. — На улице может быть небезопасно.

— Конечно, конечно, — затараторила женщина. — Я укроюсь. Но…

Договорить она не успела.

Словно ветер пронёсся мимо, словно полыхнула чёрная молния. Миг — и перед нами никого нет. Я успел заметить движение в конце улицы. Уверен, что это был стезевик. Но как⁈ Чёрт возьми! Вот это скорость! Что я хотел? Ударить и сбежать? Мне самому стало смешно.

Я словно завис, раздумывая над тем, как я мог встрять и как мне удалось выпутаться.

В чувство меня привело то, что женщина трясла меня за плечо.

— Нужно уходить, мальчик. Иди домой.

Сирена выла, и сквозь этот шум я плохо различал, что говорит женщина. Потом голосовое сообщение начало повторяться, и я несколько секунд вообще не мог ничего разобрать. Она мне что-то говорила, а я думал только о том, откуда здесь сирена и громкоговорители. Ведь без электричества это невозможно. Но в ту же секунду вспомнил яркие фонари на Стене и понял, что тогда не ошибся. Несмотря на то что улицы освещались масляными лампами, где-то в этом городе умели управлять током. Это было странно и одновременно давало ясное понимание, что, чёрт возьми, «Тото, у меня такое чувство, что мы больше не в Канзасе».

Я помотал головой.

Это и так было ясно, но мир в очередной раз показал мне, что я о нём очень мало знаю.

Ладно, не до размышлений сейчас…

Как ни странно, но ни сирена, ни опасность не отменяли то, что мне было нужно.

— Иди! — прокричала женщина почти мне в ухо, и на этот раз я её услышал.

Я замотал головой.

— Не могу. Мамка не пустит без угля!

Это может показаться странным или неправильным, но я не собирался сдаваться. Не собирался менять своей истории. Потому что сейчас был мой шанс.

— Да ты с ума сошёл! Она у тебя что монстр? Не пустит сына домой?