Но я видел, как от крохотного движения, которое совершил этот человек, полы его пальто словно воспарили и медленно опустились, приоткрыв ноги в узких чёрных брюках и высоких сапогах. На поясе стезевика я заметил не то ножны от кортика, не то короткий жезл. И они едва заметно сияли голубоватым светом. Праносток! Я мгновенно ощутил те вибрации, которые прекрасно помнил. Только здесь мне даже не нужно было касаться кристалла. Мощь его чувствовалась на расстоянии.

«Капец! — промелькнула мысль в голове. — Я встрял!»

— Нет, он не попрошайка, — наконец ответила женщина, и я мгновенно ощутил, как нажим на меня снизился. — Он просил помочь ему купить уголь.

— Уголь? — удивлённо спросил стезевик и снова внимательно посмотрел на меня.

— Да. Просто уголь.

— Зачем ему уголь?

Это было сказано не женщина, а просто так, риторически. Потому что с этого момента стезевик будто и не замечал её. Она сказала что-то ещё, но я не расслышал. Изнутри меня начал пожирать холод. Вот теперь я по-настоящему испугался. Стезевик смотрел на меня, а я ощущал, как тепло уходит из тела. Он что-то делал. Сканировал, проверял, рассматривал. А я даже сказать ничего не мог. И это меня напрягло. Да так, что я понял одну вещь. Я не собираюсь просто так стоять и умирать под этим взглядом. К чёрту их!

Я собрался. Внутренне перенёс внимание на Даньтянь. Вдохнул и выдохнул, плавно, неслышно. Ощутил, как моя энергия собирается воедино. Нет! Я не собирался нападать, но и не хотел ощущать тот холод, что разрастался внутри.

Стезевик чуть удивлённо приподнял одну бровь. Уголок его губ дёрнулся и пополз вверх. Он будто бы ощутил, что я сопротивляюсь, и его это позабавило.

Я видел, как совсем немного сузились его глаза, как стал меньше зрачок, как непроизвольно дёрнулась щека. Я прекрасно понимал, что я никто против него. Никакие мои техники не помогут. Он не Бивень, чтобы застать его врасплох, он не та шпана, которую я положил в переулке. Я для него муха, комар. А те были бы и вовсе вшой.

На аристократическом лице, замершем в мраморной маске спокойствия, я прочитал готовность. Но не нападать, а произнести слово, что-то сказать. А может, сделать вывод. Он что-то понял насчёт меня. И я чувствовал, что это знание загонит меня в угол. Я буквально ощутил, как слово «беспризорник» готово сорваться с его губ. Это очень странное ощущение, но я остро и ярко прочувствовал его. Я готов был поклясться, что именно это он скажет. И тогда — мне конец. Он сомнёт меня. А может, и мараться не станет. Просто сдаст чёрным или патрулю. Мысли носились в голове, словно загнанные в угол лошади. Кровь стуком копыт барабанила в ушах. Ощущение неминуемой угрозы сделалось до предела чётким, кристальным.