— Спасибо. Очень поддерживает.

— Обращайся.

Впереди Саук что-то рассказывал Гурму, размахивая руками; тот молча слушал и, судя по развороту плеч, давно перестал вникать в суть. Тиел, как и все эти дни, шел первым, аккуратно прокладывая нам путь по самым надежным из камней. Некоторые так и норовили рухнуть вниз по руслу, утащив за собой нас и наши кости. Ну или то, что от них останется. Наш жилистый, ловкий провожатый все так же почти не разговаривал.

— Ладно, — я догнал Патко и понизил голос. — Дыхание, оболочки, боги. Допустим. Но тогда объясни мне еще одну вещь. Если внутри у всего одно и то же…

— То почему камень не овца? — перебил он.

— Я хотел спросить более обтекаемо, но, в целом, да.

— Потому что боги дали всему Имена, — произнес Патко как нечто само собой разумеющееся. — Дыхание одно. Имена разные. Имя поддерживает оболочку, оболочка создает форму. Убери имя — и не останется ни камня, ни овцы.

Я сделал еще шага три, прежде чем у меня в голове что-то тихо, но отчетливо щелкнуло.

— Погоди, — сказал я. — Погоди-погоди. Имена. Слова.

Патко покосился на меня.

— Если Слово — это Имя, — я даже остановился. — То вот почему его нельзя выговорить! Получается, что, когда ты произносишь Слово, ну или Имя, без разницы, то будто бы… соединяешь свое дыхание с тем дыханием, которое описывает данное Слово-Имя.

Патко тоже остановился и посмотрел на меня долгим взглядом. Будто учитель, у которого двоечник вдруг решил задачу со звездочкой.

— Иногда, — сказал он. — ты почтине безнадежен.

— Это был комплимент?

— Не обольщайся, — он двинулся дальше. — Ты угадал очень… упрощенное объяснение магии. Про остальное можешь даже не задумываться, а то голова заболит.

Я, разумеется, на этом с расспросами не успокоился.

— А Кавис? Он тогда что делает?

— Приоткрывает завесы, — Патко перехватил посох поудобнее; подъем становился круче, и разговаривать приходилось в ритме шагов. — Обычный человек живет лишь среди оболочек. Их и видит. Носитель Кависа может дотронуться до того, что сокрыто внутри. До истины дыхания сущего. Но каждый Кавис приоткрывает лишь что-то свое. Каждому разное.

— И мой приоткрывает…

— Откуда мне-то знать? — он даже не стал делать вид, что задумался. — Ты маг драконьей крови, Артур. Помнишь, что я говорил по поводу этой братии? Все, что я знаю о вашем пути, поместится в маленький такой наперсточек, и там еще останется место для пальца.

Эту фразу — «откуда мне знать» и «понятия не имею» — я слышал от него так часто, что выучил на Унладе раньше слов «хлеб» и «спасибо».

— Одно скажу точно, — продолжил Патко. — Талант к стихии — самый заурядный дар из всех. Скучнее не бывает. Половина носителей Кависа ходит с талантом к воде или к камню и ничего выдающегося из себя не представляет.