Потом тепло исчезало.
И через какое-то время появлялось вновь.
Я с трудом смогла отследить закономерность и поняла, что происходит. Кто-то постоянно приходил, брал меня за руку и просто сидел в молчании. А перед уходом обязательно целовал ладонь. Нежно, крепко, не желая оставлять меня одну, но всё равно уходя.
Иногда людей приходило больше и я слышала голоса, но не могла разобрать слов.
Он тоже появлялся вместе с ними. Неизменно брал меня за руку и просто молчал, даже когда его на повышенных тонах пытались втянуть в разговор.
Это был Рейнар.
Я знала. Чувствовала. Кто, если не он?
Я ощущала и ещё кое-что – все его эмоции и отголоски мыслей. Даже не открывая глаз и не слыша его голоса, по одному лишь касанию я могла точно сказать, что он чувствует.
Вину. Сожаление. Тоску по мне. Снова вину. Бесконечно много вины.
За что он так корил себя? Это из-за меня?
Но ведь не он отравил меня.
От этой мысли судорога прошла по моему телу.
Я со всей очевидностью осознала то, о чём раньше даже не задумывалась.
Меня отравили.
– Кали? – настороженный, полный надежды и недоверия голос ощутившего дрожь в моём теле и застывшего Рейнара.
Его голос... я целую вечность не слышала его. Как же мне его не хватало!
– Кали, родная... – его голос сорвался.
Рейнар прочистил горло, подобрался, крепче сжал мои всё ещё ледяные пальчики.
– Милая, ты меня слышишь?
Слышу. Только язык не слушается. Даже рот открыть не получалось, чтобы попытаться что-то сказать.
Я попыталась раз, второй, десятый. Всё, на что меня хватило – чуть-чуть сжать пальцы в ответ.
На этом силы меня покинули.
Снова темнота. Снова медленный подъём откуда-то со дна.
Далёкие голоса, среди которых я отчётливо различила голос Рейнара. Он звучал ниже и более хрипло, чем обычно. Будто мой Рейнар сильно простудился и охрип.
Пока я напрягалась в попытках разобрать слова, разговор уже завершился. Кто-то вышел, тихо хлопнув дверью. А мой маг вновь занял своё привычное место рядом и с какой-то тихой обречённостью вновь взял меня за руку.
Ни он, ни я не ожидали, что я медленно и слабо, но вполне осознанно сожму пальцы.
Я физически ощутила, как застыл Рейнар. Он не шевелился, ничего не говорил, даже не дышал. Будто сам себе не верил, но всё равно делал всё возможное, чтобы не спугнуть момент.
Медленно и с огромным трудом я разомкнула ресницы. Совсем немного. Увидела какую-то светлую размытую пелену перед собой и ничего больше.
Закрыла глаза. Полежала. Приоткрыла вновь.
Муть стала чуть разборчивее. Я уловила очертания комнаты, окно напротив моей постели, тёмный балдахин.